назад

 

ГЕОФИЗИЧЕСКИЕ ПРОЦЕССЫ И БИОСФЕРА,

2010, т. 9, №4, с. 21-66

УДК 502.313+57.034
Гелио-геофизически другиепроцессы,
периоды их колебаний и прогнозы1


© 2010 Б.Л. Берри

Пермафрост Интернэтионал инкорпорейтед, Оттава, Онтарио, Канада

Стабильные колебания гелио-геофизических и других природных процессов формируются внутри Солнечной системы при взаимодействии гравитационных полей небесных тел. Периоды этих резонансных колебаний хорошо описываются геометрической прогрессией, подобной звуковому ряду с 32 нотами в октаве. Сопоставление членов геометрической прогрессии с периодами обращения и вращения Луны и планет, обращения спутников Юпитера показало, что обнаруженная закономерность в распределении периодов движения небесных тел существует с вероятностью 95%. С членами этой геометрической прогрессии совпали также многочисленные природные периоды измененний солнечной активности, межпланетных магнитных полей, магнитных полей Земли, скоростей её вращений и движений её полюсов, сейсмической активности и других земных процессов в диапазоне периодов 10-4 – 106 лет. Гелио-геофизические колебания имеют общее внешнее происхождение и их периоды часто совпадают друг с другом. Амплитуды колебаний земных процесов зависят от колебаний солнечной активности, лунно-солнечных приливных сил, скоростей вращения Земли, а также от взаимодействий геофизических процессов. Существование общих внешних периодов позволяет находить значимые корреляции между земными процессами, не имеющими причинно-следственных связей, например, между глобальной температурой воздуха и магнитудами региональных землетрясений на временном интервале в 600 лет. Эти корреляции свидетельствуют о воздействии изменений скоростей вращения Земли на тектонические и климатические процессы и дополнительно подтверждают работоспособность гармонической модели температур воздуха северного полушария. Параметры стабильных колебаний, составляющих гармонические модели глобальной сейсмичности, температур воздуха и других природных процессов, выделяются из их временных реконструкций или рядов наблюдений. Эти модели позволяют создавать долгосрочые прогнозы земных и солнечных процессов. В статье приведены примеры успешных прогнозов активизации глобальной сейсмичности в 2005-2010 гг и опасных событий разного генезиса в 1986, 1995, 2005, 2008 и 2010 гг. Опасные явления снова активизируются в 2011/12, 2016/17, 2024, 2028/29 гг. Следующий экономический кризис произойдёт в 2029±1 год.

Ключевые слова: Солнечная система, земные и солнечные процессы, периоды колебаний, прогнозы, опасные события.
1Статья публикуется вместе с критическими комментариями к ней [Боярский,Дещеревский,наст.ном с.67-69] в рамках предложенной автором публичной дискуссии [Сидориным наст ном с. 5-20].

стр.21

 

Введение


Результаты исследования вариаций природных процессов и геофизических полей свидетельствуют о существовании колебаний, обладающих стабильными периодами [Берри, 1987, 1991, 1992, 1993, 2006а,б, 2008; Berry, 1991, 1998, 2006]. Они присутствуют в измененияx солнечной активности [Рубашев, 1964; Бердичевский, 1968; Козелов, 1972; Берри, 1993; Владимирский, Конрадов, 2005; Чиркова, 2005; Барановский и др., 2010], скоростей вращения Земли, перемещений поверхности Земли и ее ядра [Кисилёв, 1980; Берри и др., 1983; Берри, 1991; Петрова, 1992; Авсюк, 1996; Berry, 1998; Сидоренков, 2002; Малышков Ю.П., Малышков С.Ю., 2009], сейсмичности [Барсуков, 1986; Берри, 1991; Сидорин, 2004, 2005; Дещеревская, Сидорин, 2005а,б; Журавлев, Сидорин, 2005, 2006; Иванов и др., 2009; Малышков Ю.П., Малышков С.Ю., 2009; Рогожин и др., 2009; Чипизубов, 2009], напряженностей механических, электромагнитных [Берри, 1981; Berdichevsky, Dmitriev, 2002; Малышков Ю.П., Малышков С.Ю., 2009] и магнитных [Калинин, 1984; Брагинский, 1987; Бахмутов, 2001; Ермолаев Ю.И., Ермолаев М.Ю., 2009] полей. Гелиогеофизические процессы воздействуют на атмосферу и происходящие в ней динамические процессы, оказывают непосредственное или опосредованное влияние на биосферу Земли и регистрируются в живых организмах [Петрова, 1992; Райбштейн и др., 1992; Дещеревский, Сидорин, 2002а,б, 2008; Чиркова, 2005; Halberg et al., 2005; Бреус, 2006; Гамбурцев, 2006, 2007, 2008; Кайгородов, 2006; Аптикаева, Гамбурцев, 2007; Аптикаева и др., 2008б; Клейменова, Козырева, 2008; Козырева, Сидорина, 2008; Аптикаева, 2009; Аптикаева, Шитов, 2009; Гамбурцев, Горбаренко, 2009; Зенченко и др., 2008, 2009; Бреус и др., 2010; Халберг, Шварцкопфф, 2010], в производственной [Ковалёва, 1991; Владимирский, Брунс, 2010], экономической [Меньшиков, Клименко, 1989], социальной, культурной и политической [Берри, 1992; Барсуков, 2006; Гамбурцев, 2007, 2008; Халберг и др., 2009а–г; Андреев, Гамбурцев, 2010] деятельности человека.
В этих междисциплинарных исследованиях в последние 20 лет достигнуты значительные организационные и научные результаты. В 1990 г. в Академии народного хозяйства при Совете Министров СССР была создана Ассоциация исследователей-прогнозистов «Прогнозы и циклы». Ее президентом был избран д-р экон. наук Ю.В. Яковец, вице-президентом и председателем секции «Природные циклы и экологическое прогнозирование» – будущий президент РАЕН О.Л. Кузнецов. Автор статьи до конца 1993 г. был его заместителем по секционной работе [Информационный…, 1991].
Основная цель Ассоциации – содействие проведению междисциплинарных исследований по проблемам цикличности развития, научным основам и методам прогнозирования, планирования и анализа с учетом колебательного характера природных процессов [Берри и др., 1992]. Секция принимала участие в организации международных и межреспубликанских конференций, в частности в конференции, посвященной 100-летию со дня рождения Н.Д. Кондратьева, на которую представила 20 докладов [Научное…, 1992]. Каждый год секция выпускала тематические сборники статей.
Под председательством академика РАЕН, д-ра геол.-мин. наук С.Л. Афанасьева, благодаря его неистощимой энергии и постоянному интересу к теме, все эти годы регулярно проводятся конференции на тему «Математические методы анализа цикличности в геологии» и выпускаются соответствующие сборники. Пятнадцатая международная московская научная конференция по этой теме прошла в апреле 2010. С.Л. Афанасьев [2006] в своих работах исследует, развивает и уточняет геохронологическую шкалу.

стр.22

 

Невозможно переоценить работу Института физики Земли им. О.Ю. Шмидта Российской академии наук, других организаций, коллектива ученых по составлению и изданию четырех томов Атласа временных вариаций под общей редакцией академика РАН Н.П. Лаверова [Атлас…, 1994, 1998, 2002, 2009].
Наконец, хочу назвать имена недавних юбиляров, работы которых сформировали многиe аспекты современной ритмологии.
В июле 2009 г. исполнилось 90 лет со дня рождения Франца Халберга. Юбилей был отмечен проведением Международного симпозиума «Хронобиология и хрономика» в Миннесотском университете (США) и специальным выпуском журнала «Геофизические процессы и биосфера» [2009]. Франц Халберг – основоположник и крупнейший специалист в области хронобиологии [Корнелиссен, 2009; Сидорин, 2009а,б], в самое последнее время он с группой коллег получил ряд важных результатов в области поиска и исследования согласованных ритмов в гелиогеофизических процессах и биосфере [Халберг и др., 2009а–г].
Симон Эльевич Шноль, отметивший 80-летний юбилей в марте 2010 г., обнаружил и исследовал закономерности в изменениях тонкой структуры статистических распределений данных измерений процессов разной природы [Шноль, 1979]. Гистограммы, полученные в разных пунктах Земли в одно и то же местное время, имеют сходную форму и изменяются с периодом, равным звездным суткам (23 ч 56 мин).
Упомянутые результаты много лет не дают покоя ни исследователям этого явления [Шноль, 2009; Шноль и др., 1998], ни их противникам [Иванченко, 2004]. Макрофлуктуации солнечной активности от суточного до 11-летнего периода воздействуют на физические, химические, биологические и другие земные процессы. Если понять механизмы этих связей, то можно было бы объяснить, например, странное негравитационное воздействие Солнца на сейсмичность и сейсмический шум, обнаруженное А.Я. Сидориным [2004, 2005, 2008, 2009в–з]. Согласованность резонансной структуры колебаний макро- и микромира представляется одной из наиболее интригующих проблем современного естествознания.
Научные цели рассматриваемых междисциплинарных исследований связаны с выявлением ранее неизвестных закономерностей природных и социальных процессов, а практические цели заключаются в сохранении благоприятной среды обитания цивилизации с помощью долгосрочных прогнозов опасных событий и заблаговременного устранения причин их происхождения. Существование стабильных колебаний природных условий играет ключевую роль в достижении этих целей [Берри, 2006а, 2008]. Изучение ритмов гелиогефизических процессов и поиск их проявления в биосфере занимает одно из ведущих мест в тематике журнала «Геофизические процессы и биосфера» [Барсуков, 2006; Мартынюк и др., 2006; Аптикаева, Степанова, 2008; Аптикаева и др., 2009; Халберг и др., 2009б–г].
Журнал «Геофизические процессы и биосфера» – международный междисциплинарный журнал, в котором представлена новая отрасль знаний, образовавшаяся на стыке геофизики, медицины и биологии и посвященная изучению влияния на биосферу различных природных и антропогенных процессов [Козырева, Сидорин, 2010]. Представляемые на страницах журнала результаты комплексных междисциплинарных научных исследований способствуют взаимному проникновению разных наук и использованию методов обработки временных рядов данных гелиогеофизических и биологических наблюдений. Открываются возможности прогнозирования поведения биологических и геодинамических систем, изучения синхронизации и десинхронизации происходящих в них процессов с единых методологических позиций [Аптикаева и др., 2008а;


стр.23

 

Ключевский, Ключевская, 2009; Халберг и др., 2009б–г]. Автор уже несколько десятилетий занимается изучением периодичностей природных процессов.
Настоящая статья посвящена описанию найденной автором закономерности ритмической структуры гелиогеофизических процессов. Показано, что внутри Солнечной системы при взаимодействии гравитационных полей небесных тел формируются стабильные колебания гелиогеофизических и других природных процессов. Периодическая структура этих резонансных колебаний хорошо описывается геометрической прогрессией, подобной звуковому ряду с 32 нотами в октаве. С членами этой геометрической прогрессии совпадают также многочисленные периоды самых разных природных процессов, например изменений солнечной активности, межпланетных магнитных полей, магнитных полей Земли, скоростей ее вращений и движений ее полюсов, сейсмической и вулканической активности, наводнений и других земных процессов в диапазоне периодов 10–4–106 лет.
Существование общих внешних периодов позволяет находить значимые корреляции между земными процессами, не имеющими причинно-следственных связей, например между глобальной температурой воздуха и магнитудами региональных землетрясений на временном интервале в 600 лет. Параметры стабильных колебаний гармонических моделей позволяют осуществлять долгосрочные прогнозы земных и солнечных процессов.
В статье приведены примеры сделанных автором ранее в реальном времени прогнозов активизации глобальной сейсмичности в 2005–2010 гг. и опасных событий разного генезиса в 1986, 1995, 2005, 2008 и 2010 гг. Результаты сопоставления этих прогнозов с реальными данными позволяют считать их успешными. Как и в предыдущих работах автора, в настоящей статье сделан прогноз на будущее, согласно которому процессы возникновения опасных явлений активизируются в 2011/2012, 2016/2017, 2024, 2028/2029 гг., следующий экономический кризис произойдет в 2029±1 год.
Ввиду большого объема статьи для упрощения ее понимания сначала кратко изложим логику ее построения.
Первая часть работы связана с поисками источников стабильных гелиогеофизических колебаний, которые используются для долгосрочных прогнозов различных процессов. Источником этих колебаний является Солнечная система, точнее – движения ее небесных тел с периодами до 2 млн лет. Известно, что небесные тела планетарных систем Солнца и Юпитера обладают резонансными периодами, которые были приближенно описаны единой геометрической прогрессией, представленной октавами из 32 нот. На временном интервале от 0.5 сут до 250 лет резонансные периоды движений небесных тел заполнили всего 19 из 32 нот. Остальные периоды прогрессии стали прогнозными периодами обнаруженной закономерности.
В приведенных таблицах показано, что закономерность хорошо работает на интервале природных периодов от 0.1 с до 2 млн лет. При этом реальные периоды заполняют все прогнозируемые ноты и многие октавы прогрессии. Более того, оказалось, что физическая постоянная Ридберга (1/R = 3.041×10–16 с) совпадает с 10-й нотой октавы
номер -73 с погрешностью –0.14 %.
В конце первого раздела приведен пример совпадения предпочтительных периодов ядерного распада радиоактивного плутония с членами прогрессии. Эти периоды порядка 0.1–0.9 с, возможно, являются результатом макрофлуктуационных воздействий солнечной активности на процесс радиоактивного распада.


стр.24

 

Во втором разделе даны примеры практического использования геометрических прогрессий для классификации и систематизации найденных природных периодов в экономике СССР и в наводнениях на р. Нил. При этом использовалась менее детальная прогрессия ритмов с октавой из 16 нот.
В третьем разделе приведены результаты успешного прогноза активизации глобальной сейсмичности в 2005–2010 гг., сделанного в 1991 г. с использованием стабильных колебаний, выделенных из специально построенного временного ряда землетрясений магнитудой М≥7.5. В этой же части представлены корреляционные связи модельных температур воздуха северного полушария и наблюденных (восстановленных) магнитуд М≥6.0 карпатских землетрясений в 1400–2000 гг. и дан их прогноз.
В четвертом разделе приведены результаты долгосрочных прогнозов опасных лет, сделанных в 1985 г. В прогнозируемые годы чаще происходят быстропротекающие опасные события разного генезиса (например, крупнейшие землетрясения, штормы, рекордные ливни, значительные аномалии температуры), которые трудно предсказать даже накануне их возникновения. Количество опасных явлений возрастает в годы экстремумов модельных температур северного полушария. Процессы глобализации, международный кризис, увеличение частоты возникновения опасных лет в период до 2035 г. побудили автора добавить в эту часть раздела материал об экономических циклах Н. Кондратьева. После 2035 г. начнется похолодание, которое через 300 лет с высокой вероятностью перейдет в новый ледниковый период, поэтому необходимо начать исследования возможностей стабилизации существующего теплого климата.


1. Природные периоды и закономерности их распределения


Стабильные периоды (Т) колебаний гелиогеофизических полей формируются внутри Солнечной системы (СС) при обращении небесных тел по эллиптическим орбитам и их вращении вокруг своих осей. Движения тяжелых планет периодически перемещают центр тяжести СС (барицентр) относительно центра тяжести Солнца, изменяя моменты инерции небесных тел и скорости их орбитальных движений. В результате этих перемещений в солнечных и планетарных процессах возникают колебания с периодами, содержащимися в барицентрическом движении небесных тел [Хлыстов и др., 1992].
На земные процессы дополнительно влияют приливные силы Луны и Солнца, которые изменяют моменты и скорости вращения Земли. Гравитационные силы деформируют геоид, смещают его твердое внутреннее ядро относительно центра жидкого ядра, изменяют положение оси и скорость вращения Земли [Берри, 1993; Авсюк, 1996; Сидоренков, 2002]. На атмосферные и приповерхностные физико-химические процессы влияют также колебания солнечной и тектонической активности [Семёнов, 1974; Берри, 2006б; Малышков Ю.П., Малышков С.Ю., 2009].
Гелиогеофизические колебательные процессы имеют общее внешнее происхождение, поэтому не удивительно, что их периоды часто совпадают друг с другом. Закономерности распределения стабильных периодов солнечных и земных колебаний проще изучать по их первоисточникам – периодам обращения и вращения небесных тел СС [Берри, 1987, 1991; Berry, 1998, 2006].


стр.25

Резонансные периоды планетарных систем Солнца и Юпитера.
Временной интервал 10–3–102 лет


Длительные приливные и моментные взаимодействия небесных тел Солнечной системы привели к целочисленным соизмеримостям (резонансам) в периодах их обращения и вращения. Равенство между периодами орбитального обращения и вращения Луны представляет собой характерный пример орбитально-спинового резонанса при отношении периодов 1:1. Соизмеримости орбитальных периодов наблюдаются у Плутона и Нептуна (2:3), Юпитера и Сатурна (2:5), трех галилеевых спутников Юпитера (Ио, Европа и Ганимед, 1:2:4) и других небесных тел [Маров, 1981]. Точность резонанса планетарных систем Солнца и Юпитера или целочисленных соотношений периодов определяется отношением масс планет к массе Солнца или отношением масс спутников Юпитера к его массе (10–3) [Молчанов, 1966]. Эта же величина ограничивает точность приведенных ниже расчетов.
Периоды обращения и вращения 9 планет СС, Луны и обращения 14 спутников Юпитера соизмеримы друг с другом. Эти 34 резонансных периода двух планетарных систем могут быть приближенно описаны геометрической прогрессией, подобной прогрессии для расчета резонансных частот дискретных музыкальных инструментов [Берри, 1987, 1991, 2006б; Berry, 1998, 2006 ]. Соотношения звуковых частот разных нот, как и периодов движения небесных тел планетарных систем, должны быть равны или близки к целочисленным соотношениям. Ноты рояля (R), например, описываются последовательностью частот FR с помощью следующей прогрессии [Брэгг, 1967]:

FR = F0•2R/n = 440•2R/12,                                                        (1)

где F0 = 440 Гц – частота ноты A4; R – последовательность целых чисел (номеров музыкальных частот); n = 12 – количество нот в октаве. Частоты рояля изменяются от 30 до 4000 Гц, составляя 7 октав.
В европейской музыке октава делится на 12 экспоненциально равных частей (1). Ее предложил органист Андреас Веркмейстер в 1691 г. Орган обладает уникальной длительностью звука. Поэтому биения частот, характерные для сочетания некоторых нот системы Пифагора и прозванные «волками», особенно вредили органной музыке. Пифагоров строй, который существовал более двух тысяч лет, позволял музыкантам относительно свободно переводить мелодии на более высокие или низкие частоты, особенно на клавесине, звук которого быстро затухает.
Сейчас понятно, что нельзя построить многооктавный ряд с точными целочисленными соотношениями для всех частот [Брэгг, 1967]. Поэтому целочисленные соотношения, кратные двум, сохраняются между одинаковыми нотами из разных октав, а внутри октавы отношения частот (периодов) только близки к целочисленным соотношениям (1). По этим же правилам некоторые современные музыканты делят октаву не на 12 нот, а на 19 или 31 [Microtonal Music, http://infohost.nmt.edu/~jstarret/ microtone.html].
Представим себе, что нам известны только некоторые ноты из разных октав такого современного инструмента и надо узнать, сколько нот у него в октаве и какую ноту лучше выбрать в качестве F0 (1), учитывая, что возможны некоторые ошибки при настройке частоты звука? Аналогичным образом формулируется задача для СС. Имеются достоверные данные о почти целочисленных соотношениях периодов движения планет и спутников, а необходимо определить количество нот (M) в октаве СС и начальный
 В тексте курсивными цифрами в скобках даны номера формул.


стр.26

член (Т0) такой прогрессии (ТL), которая наиболее точно опишет периоды движения небесных тел.
Для систематизации найденных гелиогеофизических периодов автор много лет использовал прогрессии с 4, 8 и 16 нотами в октаве с начальным членом (Т0), равным времени обращения Луны [Берри и др., 1979; Берри, 1987, 1992; Berry, 1991]. Статистическая достоверность совпадения лунной 16-нотной октавы с периодами обращения небесных тел планетарных систем Солнца и Юпитера впервые была показана в 1998 г. Были вычислены критерии Фишера для разных лунных октав от 3 до 20 нот, т.е. для 18 различных прогрессий (октав). Критерию Фишера лучше соответствовала октава из 16 нот с вероятностью существования такой закономерности в 96 % [Berry, 1998].
Вопрос о выборе спино-орбитального периода Луны в качестве начального члена прогрессии (Т0 = 27.32 сут) при изучении гелиогеофизических колебаний не обсуждается: Луна – наиболее изученный и влиятельный генератор земных колебаний [Максимов, 1970; Авсюк, 1996]. Кроме того, период обращения солнечных пятен (27.28 сут [Carrington, 1863]) совпадает с погрешностью 0.15 % с лунным периодом Т0. Период обращения Юпитера, наиболее влиятельной планеты СС, включается в прогрессию с погрешностью 0.25 % [Berry, 1998, 2006].
Для статистического обоснования более точной прогрессии природных ритмов к периодам обращения планет СС были добавлены периоды планетарных вращений. Решение этой новой обратной задачи осуществлялось тем же методом последовательного сравнения членов различных геометрических прогрессий с периодами обращения и вращения Луны, планет и обращения спутников Юпитера. Критерии Фишера были рассчитаны для 48 различных прогрессий с октавами от 16 до 64 нот.
Максимальной вероятности существования закономерности в 95 % соответствовала геометрическая прогрессия ТL с октавой из 32 нот (M = 32). Ее члены лучше (в соответствии с критерием Фишера) совпадают с периодами движения небесных тел планетарных систем Солнца и Юпитера:
TL = T0•2L/M = 0.075•2 L/32 лет,                                               (2)
где TL – модельные периоды обращения небесных тел и их природных процессов, включая гелиогеофизические колебания; T0=27.32 сут = 0.075 года – сидерический период обращения Луны; L – последовательность целых чисел и номер периода TL лунной прогрессии; M = 32 – количество периодов (нот) СС в одной октаве. Буква M, обозначающая в формуле количество нот в октаве, также используется в приведенных ниже таблицах для обозначения номеров нот октавы.
В работах [Берри, 2006б; Berry, 1998, 2006] описана 16-нотная лунная прогрессия
(N = 16), в которую не включались периоды вращения планет [Берри, 2006б]:
TK= T0•2K/N = 0.075•2 K/16 лет ,                                              (3)
где K – последовательность целых чисел,  TK – номер периода лунной прогрессии;
N = 16 – количество периодов (нот) СС в одной октаве. Буква N, обозначающая в формуле (3) количество нот в октаве, будет также использоваться в таблицах для обозначения номеров нот 16-нотной октавы. Прогрессия (3) используется для описания природных периодов, определенных с меньшей точностью.
Члены прогрессии TL (2), их отклонения (T% = 100 [TL–TПС]/ТL) и среднеквадратичное отклонение (σn–1 = 0.4972) от периодов (TПС) обращений и вращений Луны и планет, а также обращений спутников Юпитера приведены в табл. 1.

стр.27


В соответствии с формулой (2) одинаковые ноты M для разных октав имеют периоды TL, кратные двум. Это, например, периоды обращения спутников Юпитера Ио, Европы и Ганимеда, соответствующие ноте М=3 в октавах –4, –3, и –2 (табл. 1). Имеются и другие популярные ноты М: 1 (вращение Луны и Сатурна), 4 (вращения Меркурия и Урана, обращение Нептуна) и 9 (вращение Марса и обращение спутников Юпитера VII и X).
Резонансные периоды движений планет и спутников планетарных систем Солнца и Юпитера (34 периода) заполняют только 19 позиций из 32 нот подобранной зависимости (2), т.е. примерно 60 % частот 32-нотной октавы СС. Оставшиеся 13 нот (периодов) являются прогнозными периодами выявленной закономерности (2), для которых впоследствии будут найдены периоды движений небесных тел СС и колебаний природных процессов (ПП).

Таблица 1. Сопоставление периодов ТПС движения планет (П) и спутников (С) планетарных систем Солнца и Юпитера и членов геометрической прогрессии TL (2)


M

О

L

ТL

ТПС

DT , %

Движения планет и спутников

1

0

0

27.32

27.32

0.0

Вращение Луны

1

0

0

27.32

27.32

0.0

Обращение Луны

1

–6

–192

0.4269

0.4264

0.1171

Вращение Сатурна

2

3

97

0.6115

0.6152

–0.6051

Обращение Венеры

3

–4

–126

1.7831

1.769

0.7906

I Ио

3

–3

–94

3.5662

3.551

0.4261

II Европа

3

–2

–62

7.1324

7.155

–0.317

III Ганимед

4

–6

–189

0.4555

0.4508

0.9957

Вращение Урана

4

2

35

58.309

58.6

–0.5

Вращение Меркурия

4

12

355

163.47

164.782

–0.8026

Обращение Нептуна

5

4

100

238.34

240

–0.6965

ХIII Леда

5

11

324

83.526

84.01

–0.5795

Обращение Урана

6

3

101

243.56

243.16

0.1642

Вращение Венеры

7

–6

–186

0.4861

0.489

–0.5966

V Амальтея

7

4

102

248.89

250.6

–0.687

VI Гималия

8

–5

–153

0.9935

0.9958

–0.2285

Вращение Земли

9

–5

–152

1.0153

1.025

–0.9554

Вращение Марса

9

3

104

259.91

260

–0.0346

Х Лиситея

9

3

104

259.91

260.1

–0.0731

VII Элара

10

–1

–23

16.6

16.689

–0.5361

IV Каллисто

11

8

234

11.89

11.862

0.2355

Обращение Юпитера

16

–7

–209

0.2954

0.297

–0.5416

ХIV

17

4

144

618.18

617

0.1909

–XII Ананке

21

–6

–172

0.6583

0.65833

0.0

Вращение Нептуна

21

8

276

29.531

29.46

0.2404

Обращение Сатурна

22

5

149

1.8861

1.881

0.2704

Обращение Марса

22

5

149

688.89

692

–0.4514

–XI Карме

23

2

54

0.2409

0.2409

–0.0

Обращение Меркурия

23

12

374

246.71

247.7

–0.4013

Обращение Плутона-Харона

25

4

120

1.0064

1

0.6359

Обращение Земли

25

5

152

735.15

735

0.0204

–VIII Пасифе

26

5

153

751.24

758

–0.899

–IX Синопе

30

–1

–67

6.4003

6.3872

0.2044

Вращение Плутона-Харона

31

–7

–194

0.4088

0.4096

–0.201

Вращение Юпитера

 

 

 

 

σn–1= 0.4834

 

Примечание. Значения периодов TL и ТПС даны в годах (подчеркнуты) и сутках. Периоды движения спутников Юпитера выделены курсивом, генераторы стабильных колебаний – жирным шрифтом. Знак минус в столбце DT  указывает на обратное движение.
28
Лунная прогрессия с 32-нотной октавой (2) существует как закономерность (табл. 1) для периодов движения небесных тел планетарных систем Солнца и Юпитера с вероятностью 95 %, поскольку рассчитанный параметр Фишера (FСС)
FСС = (s/sn–1)2 = (0.629/0.4834)2 = 0.396/0.2337 = 1.69 > F05 = 1.59                     (4)
больше табулированного 5%-го значения критерия Фишера F05 для последовательности, имеющей 32 степени свободы [Урбах, 1963]. Число степеней свободы (32) меньше числа исследуемых периодов (34) на количество выбранных констант для построения геометрической прогрессии (2): количество нот в октаве (32) и значение периода T0=27.32 сут.
В параметре Фишера (4) сопоставляются значения реальной дисперсии
(σn–1)2 = (0.4834)2 = 0.2337 (см. табл. 1) отклонений 34 периодов СС от членов прогрессии (2) и теоретической дисперсии S322 = (0.629)2 = 0.396 для равномерного распределения периодов между соседними точками прогрессии (2), где [Berry, 1998; Берри, 2006б]:
S32 = a/(3)1/2 = 1.09/(3)1/2 = 0.629. (5)

Интервал [–a, +а] (5) равен разнице в процентах между соседними членами TL и TL+1.
прогрессии (2). Теоретическая дисперсия для однородного распределения (0.396) значительно больше в соответствии с критерием Фишера (F05) реальной дисперсии отклонений периодов прогрессии (0.2337), что подтверждает обнаружение закономерности (2) в распределении периодов обращения небесных тел с вероятностью 95 % (4).
Стабильные частоты и планетарные системы появляются снова только на атомном уровне. При перемещении электрона между орбитами или его вылете из атома возникает электромагнитное излучение (кванты) определенной частоты (периода). Расширение лунной прогрессии (2) до периодов излучения атомов показало, что ноте
М = 10, наряду с периодом обращения спутника Юпитера Каллисто Т = 16.69 сут
(О = –1, L = –23, табл. 1), совпадающим с членом прогрессии (2) с погрешностью
–0.54 %, одновременно соответствует и базовый период электромагнитного излучения водорода (1/R, с) с погрешностью всего в –0.14 % (М = 10, О = –73, L = –2327).
Физическая постоянная Ридберга (R) рассчитывается по значениям констант микромира: массы и заряда электрона, электрической постоянной, постоянной Планка и скорости света. С учетом движения ядра водорода, которое возникает при перемещении электрона, этот период имеет значение 1/R = 3.41314×10–16 с. Это означает, что закономерность распределения резонансных периодов СС (2) имеет более глубокий физический смысл и свидетельствует о резонансном единстве макро- и микромира.
Если в лунной прогрессии (2) заменить сидерический период обращения Луны (T0) на значение периода Ридберга (R), то периоды движения небесных тел планетарных систем Солнца и Юпитера (табл. 1) будут соответствовать водородной прогрессии с вероятностью 96 %, т.е. получим более точное описание периодов движения тел Солнечной системы. Так, частота Ридберга и излучающий или поглощающий ее электрон водорода с радиусом ~ 10–13 см и массой 9.11×10–28 г попадают в один список с периодами обращения и вращения небесных тел СС. Квант света, поглощаемый электроном при его выходе из атома водорода, относится к далекой ультрафиолетовой области спектра.
В физике микромира распределения дискретных уровней частот (периодов) колебаний, энергий и масс частиц легко пересчитываются друг в друга, так как они связаны физическими константами Планка и скорости света. Поэтому частота или период колебаний

стр.29

– такое же важное свойство элементарной частицы, как и ее масса или энергия. Стабильные периоды микромира столь же важны для биогелиогеофизических процессов.
Закономерности распределения периодов с 32 (2), 16 (3) [Берри, 2006б] и 4 нотами [Берри, 1987; Берри и др., 1979] в октаве единообразно, но с разной точностью описывают явление резонансности СС [Молчанов, 1966] и стабильные периоды процессов Земли и Солнца.
Стабильные колебания гелиогеофизических процессов вызываются движениями и физическими взаимодействиями Солнца, Луны, Земли и других планет Солнечной системы. Приливное влияние Меркурия, Венеры, Земли и Юпитера на Солнце, перемещения центра тяжести СС (барицентра) относительно центра тяжести Солнца во время перемещений тяжелых внешних планет (Юпитера, Сатурна, Урана и Нептуна), а также соединения и противостояния планет формируют приливные и моментные ритмы солнечной активности [Берри, 2008; Berry, 1998].
Ноты солнечной «музыкальной шкатулки» известны с точностью до 3-го и 4-го знаков [Маров, 1981]. Они расположены в диапазоне 18 октав (см. табл. 1) от периода обращения спутника Юпитера Амальтеи в 0.489 сут (Т–186 = 0.4861 сут, нота M=7, октава O = –6) до периода обращения Плутона в 247.7 лет (Т374 = 246.7 лет, M=23, O=12). Как и музыкальные ноты (1), члены прогрессии (2) удобны для классификации, документации и сопоставления всех выявленных природных колебаний.
В отличие от звуков музыкальных инструментов природные периоды не могут быть подстроены и точно соответствовать звукам разных октав. Поэтому стабильные колебания природы имеют дополнительную характеристику (DT , табл. 1), указывающую на величину и знак отклонения периода от точного резонансного ряда (2).
Набор ритмов Солнечной системы и их отклонений от закономерности (2) поможет исследователям изучать источники и характеристики стабильных колебаний, классифицировать их, создавать гармонические прогнозные модели исследуемых процессов [Берри, 1992; Берри, 2006б].
Ниже, в табл. 2–4, показано, что прогрессия (2), полученная при использовании 34 периодов планетарных систем Солнца и Юпитера на временном интервале 0.5 сут – 250 лет, которые заполняют всего 19 периодов из 32 нот (табл. 1), хорошо работает как закономерность и на более широком временном интервале (0.1 с – 2 млн лет) периодов небесных тел Солнечной системы, а также гелиогеофизических периодов. Эти периоды заполняют в разных октавах все предсказанные резонансные ноты.


Гелиогеомагнитные, другие природные и модельные периоды TL (2) СС.
Временной интервал 10–3–106 лет


Идея поиска закономерности распределения периодов гелиогеофизических процессов с использованием резонансных периодов планетарных систем Солнца и Юпитера, а также экспоненциального ряда дискретных музыкальных инструментов оказалась очень продуктивной. Это объясняется тем, что музыкальные прогрессии типа (1) с разным числом нот в октаве приближенно описывают резонансные по отношению к начальному периоду Т0 спектры частот.
В табл. 2 приведены многочисленные известные в астрономии и гелиогеофизике периоды магнитных полей Земли (МПЗ), геомагнитных индексов, межпланетного магнитного поля (ММП) и некоторых других характеристик, которые не совпадают с периодами обращения небесных тел, служивших базой для расчета параметров прогрессии (2), но совпадают с периодами TL этой закономерности.


стр.30


Малые отклонения природных периодов от членов прогрессии (2) подтверждают ее достоверность с вероятностью 95 % и целесообразность ее использования для классификации стабильных периодов природы. В табл. 2 для 74 периодов стандартное отклонение σn–1 = 0.5397, а рассчитанный в соответствии с формулой (4) параметр Фишера FСС = (s/sn–1)2 = (0.629/0.5397)2 = 0.396/0.291 = 1.36 > F05 = 1.35 больше табулированного 5%-го значения критерия Фишера F05 для последовательности, имеющей 70 степеней свободы [Урбах, 1963].
Рассмотрим кратко известные механизмы формирования этих земных колебаний.
Притяжение Солнца динамически уравновешено в барицентре Земля – Луна, а не в центре Земли, где находится твердое ядро. Поэтому на ядро действует сложно-периодическая сила. Ее модуль оценивается через градиент силы притяжения Солнца на расстоянии барицентр – центр Земли. Эта сила перемещает ядро, центр тяжести и ось вращения Земли. Перемещения регистрируются на земной поверхности как движения полюса и изменения силы тяжести. Величина перемещения ядра составляет около 100 м [Авсюк и др., 1999].
Движения ядра перемешивают окружающий его расплав, создавая систему тороидальных потоков, способных генерировать МПЗ. Перемещения внутреннего ядра совершаются в плоскости эклиптики, которая ориентирована под углом 23° к плоскости экватора. Геомагнитное поле описывается набором диполей, центральный из которых ориентирован под углом 23.6° к оси вращения Земли. Направление оси кольцевого потока вокруг ядра совпадает с направлением центрального диполя, которое было вычислено магнитологами [Авсюк и др., 1997].
Внутренние перемещения ядра во многом определяют характер формирования МПЗ (табл. 2), атмосферных, поверхностных и глубинных геофизических процессов [Сидоренков, 2002; Berry, 2006; Малышков и др., 2009]. В табл. 2 включены периоды колебаний геомагнитного поля позднего плейстоцена – голоцена, полученные при магнитометрических исследованиях образцов пород и разработке магнитохронологической и магнитостратиграфической шкалы вековых вариаций геомагнитного поля. Шкала была создана для решения прикладных задач геологии и геофизики. На литологически разнородных осадках в сериях непрерывных и хронологически перекрывающихся разрезов получена запись вариаций компонент геомагнитного поля – склонения и наклонения. Она отражает динамику вектора геомагнитного поля в северной Европе за последние 13000 лет [Бахмутов, 2001].
Синхронные изменения магнитных полей и условий накопления осадков позволяют сопоставлять эти процессы и строить магнитостратиграфические шкалы [Третяк, 2000; Бахмутов, 2001]. Видно, что в табл. 2 присутствуют почти все 32 ноты октавы, за исключением 9-й и 15-й нот. Хорошо представлены ноты 3, 8, 10, 12, 18, 19, 21, 22, 27 и 32, периоды которых из соседних октав кратны двум.
В табл. 2 показаны также и более длительные стабильные периоды инверсий магнитных полей фанерозоя, которые коррелируются с движениями ядра и глобальными перемещениями в мантии. Колебания возникали в определенные интервалы времени, которые также приведены в таблице [Третяк, 2000]. При проведении магнитометрических работ на земной поверхности и в скважинах важно учитывать обнаруженные стабильные колебания геомагнитного поля для привязки исследуемых пород к магнитохронологическим и магнитостратиграфическим возрастным шкалам.


стр.31

Таблица 2. Сопоставление членов геометрической прогрессии TL (2), гелиогеомагнитных и других природных периодов TПП. Астрономические периоды выделены жирным курсивом

 

М

О

L

ТL

TПП

ΔT %

Природные процессы

1

2

3

4

5

6

7

1

–1

–32

13.66 сут

13.71 сут

–0.366

aa-индекс[Владимирский и др., 1995]

1

4

128

437.1 сут

438.3 сут

–0.275

Период Чандлера [Сидоренков, 2002]

2

0

1

27.92 сут

28.0 сут

–0.287

ММП [Бреус и др., 1995]

3

0

2

28.53 сут

28.31 сут

0.7711

aa-индекс[Владимирский и др., 1995]

3

8

258

20 л.

19.86 л.

0.7

Соединение Юпитера и Сатурна [Хлыстов и др., 1992]

3

8

258

20 л.

20 л.

0

МПЗ [Бахмутов, 2001]

3

19

610

40.95т.л.

40.9 т.л.

0.1221

Наклон земной орбиты [Монин, 1982]

4

12

387

326.9 л.

330 л.

–0.936

МПЗ, 12.7–10.7т.л.н.[Бахмутов, 2001]

5

24

772

1.368 м.л.

1.36 м.л.

0.5848

МПЗ, 310–325 м.л.н. [Третяк, 2000]

6

23

741

699.2 т.л.

700 т.л.

–0.113

МПЗ, 143–149 м.л.н. [Третяк,2000]

7

–2

–58

7.78 сут

7.68 сут

1.285

ММП [Бреус и др., 1995]

8

–5

–153

0.993 сут

1.00 сут

–0.705

Электромагн.поля; t° почвы [Семёнов, 1974]

8

–1

–25

15.90 сут

15.95 сут

–0.705

Обращение спутника VI Сатурна

8

4

135

1.393 л.

1.39 л.

0.2154

Инфаркты миокарда [Halberg et al., 2005]

8

13

423

713.1 л.

720 л.

–0.973

МПЗ, 12.7–10.7 т.л.н.[Бахмутов, 2001]

10

7

233

11.63 л.

11.6 л.

0.258

Геомагнит. период [Ковалевский, 1976]

10

13

425

744.6 л.

750 л.

–0.723

МПЗ, 12.7–10.7 т.л.н. [Бахмутов, 2001]

10

15

489

2978 л.

3000 л.

–0.722

МПЗ [Бахмутов, 2001]

11

–1

–22

16.96 сут

17.0 сут

–0.236

Цикл магнитных бурь [Чиркова, 2005]

12

14

459

1555 л.

1550 л.

0.3344

МПЗ, 0–3200 л.н. [Бахмутов, 2001]

12

19

619

49.76 т.л.

50 т.л.

–0.482

Узлы Юпитера и Сатурна [Brouwer, Woerkom,1950]

12

20

651

99.53 т.л.

99.4 т.л.

0.1306

Эксцентриситет земной орбиты [Монин, 1982]

12

21

683

199.1 т.л.

200 т.л.

–0.47

МПЗ, 21.0–24.2 м.л.н. [Третяк, 2000]

13

12

396

397.3 л.

400 л.

–0.677

МПЗ [Бахмутов, 2001]

14

–2

–51

9.05 сут

8.98 сут

0.7735

aa-индекс [Владимирский и др., 1995]

16

–2

–49

9.45 сут

9.51 сут

–0.635

aa-индекс [Владимирский и др., 1995]

17

4

144

1.692 л.

1.69 л.

0.1182

Инфаркты миокарда [Halberg et al., 2005]

18

1

49

78.96 сут

79.33 сут

–0.469

Спутник VIII Сатурна

18

23

753

906.8 т.л.

900 т.л.

0.7461

МПЗ, 120–134 м.л.н. [Третяк, 2000]

18

24

785

1.81 м.л.

1.8 м.л.

0.5525

МПЗ, 350–363 мл.н. [Третяк, 2000]

19

–5

–142

30.26 ч

30.29 ч

–0.093

Обращение спутника Марса Деймос

19

4

146

1.768 л.

1.76 л.

0.4525

Инфаркты миокарда [Halberg et al., 2005]

19

13

434

904.9 л.

900 л.

0.5415

МПЗ [Бахмутов, 2001]

19

14

466

1809.8 л.

1800 л.

0.5415

МПЗ [Бахмутов, 2001]

19

15

498

3619.6 л.

3600 л.

0.5415

МПЗ [Бахмутов, 2001]

20

18

595

29.59 т.л.

29.5 т.л.

0.3042

Наклон земной орбиты [Монин, 1982]

20

24

787

1.89 м.л.

1.9 м.л.

–0.529

МПЗ, 203–238 м.л.н. [Третяк, 2000]

21

19

628

60.48 т.л.

60 т.л.

0.7904

МПЗ, 7.6–9.0 м.л.н. [Третяк, 2000]

21

20

660

121.0 т.л.

121.6 т.л.

–0.496

Эксцентриситет земной орбиты [Монин, 1982]

21

24

788

1.935 т.л.

1.923 т.л.

0.6305

То же

22

8

277

30.18 л.

30 л.

0.5964

МПЗ [Бахмутов, 2001]

22

9

309

60.35 л.

60 л.

0.58

МПЗ [Бахмутов, 2001]

22

10

341

120.7 л.

120 л.

0.5882

МПЗ [Бахмутов, 2001]

22

12

405

482.8 л.

480 л.

0.5861

МПЗ, 0–3200 л.н. [Бахмутов, 2001]

23

–5

–138

33.00 ч

32.88 ч

0.3636

Обращение спутника II Сатурна

23

16

534

7894.4 л.

8000 л.

–1.338

МПЗ [Бахмутов, 2001]

24

3

119

359.7 сут

358.4 сут

0.3614

Спутник Нептуна Нереида

стр.32

Окончание табл. 2

 

1

2

3

4

5

6

7

24

20

663

129.1 т.л.

129.8 т.л.

–0.542

Эксцентриситет земной орбиты[Монин, 1982]

25

0

24

45.95 сут

45.8 сут

0.3264

aa-индекс[Владимирский и др., 1995]

26

–5

–135

35.21 ч

35.04 ч

0.4828

Обращение спутника Урана Миранда

27

–6

–166

17.99 ч

17.98 ч

0.0778

Обращение спутника X Сатурна

27

–1

–6

23.99 сут

24.0 сут

–0.042

Магнитные бури [Чиркова, 2005]

27

11

378

269.03 л.

270 л.

–0.361

МПЗ, 0–3200 л.н. [Бахмутов, 2001]

28

14

475

2199.3 л.

2200 л.

–0.032

МПЗ, 12.7–10.7т.л.н.[Бахмутов, 2001]

29

–4

–100

3.13 сут

3.15 сут

–0.639

ММП [Бреус и др., 1995]

29

19

636

71.920 т.л.

72 т.л.

–0.111

Перигей Марса [Brouwer,Woerkom, 1950]

30

–2

–35

12.8 сут

12.87 сут

–0.547

aa-индекс[Владимирский и др., 1995]

31

–1

–2

26.16 сут

26.09 сут

0.2676

КР-индекс [Бреус и др., 1995]

31

21

702

300.4 т.л.

300 т.л.

0.1332

Перигей Юпитера [Brouwer,Woerkom,1950]

32

–7

–193

10.03 ч

10.01 ч

0.1994

Обращение спутника UVI Урана

32

11

383

299.8 л.

300 л.

–0.067

МПЗ [Бахмутов, 2001]

32

12

415

599.61 л.

600 л.

–0.065

МПЗ [Бахмутов, 2001]

32

13

447

1199.2 л.

1200 л.

–0.067

МПЗ [Бахмутов, 2001]

32

14

479

2398.4 л.

2400 л.

–0.067

МПЗ [Бахмутов, 2001]

 

 

 

 

σn–1= 0.5397

 

 

Примечание. Время обозначено: в часах (ч), сутках (сут), годах (л.), тысячах лет (т.л.), миллионах лет (м.л.); л.н. – лет назад, т.л.н. – тысяч лет назад, м.л.н. – миллионов лет назад.
Колебания геофизических полей рассматриваются начиная с суточного периода (нота М = 8, октава О = –5), с которым связаны все виды радиационных, температурных, электромагнитных, магнитных и гравитационных колебаний. Они вызваны обращением Земли вокруг своей оси. В частности, вращение Земли создает суточную периодичность освещенности Солнцем, колебаний температуры и электрическиx полей на земной поверхности, возбуждая помехи для метода естественного электрического поля [Семёнов, 1974].
Солнечный ветер (СВ) состоит из корпускулярного излучения и включенных в него магнитных полей Солнца. Колебания характеристик СВ и ММП вызывают колебания индексов геомагнитных полей, а их возмущения при солнечных вспышках приводят к геомагнитным бурям, создающим помехи для магниторазведки и электоразведки. Электромагнитные колебания с периодами от десятков суток до долей секунды, возбуждаемые в ионосфере, формируют в земной коре магнитотеллурическое поле.
Это электромагнитное поле проникает в горные породы на сотни километров, и поэтому магнитотеллурические методы являются наиболее глубинными методами электроразведки. Для исследований обычно используют устойчивые квазисинусоидальные колебания с периодами от единиц до сотен секунд, которые наблюдаются в утренние и дневные часы [Бердичевский, 1968; Хмелевской, 1971; Berdichevsky, Dmitriev, 2002].
Колебания характеристик ММП и геомагнитной активности имеют периодичность, связанную с осевым вращения Солнца (табл. 2, М = 2). Для индекса геомагнитной активности KР эти периоды были получены из ряда наблюдений 1932–1990 гг.: 3.9, 4.52, 5.37, 6.74, 9, 13.73 и 26.09 сут [Бреус и др., 1995; Бреус, 2006]. Часть из них приведена в табл. 2. Знание этих периодов позволяет легче выбирать оптимальные дни для проведения магнитотеллурических исследований.
Колебания ММП заметно воздействуют через геомагнитные поля на здоровье человека. Имеются общие периоды колебаний у среднесуточных значений BZ-компоненты ММП и количества вызовов скорой помощи по поводу инфарктов миокарда в Москве


стр.33


за 1979–1981 гг.: 3.15, 3.77, 7.68, 14.75 и 26.94 сут [Бреус и др., 1995; Бреус, 2006]. Зарегистрированы также периоды между годом и двумя годами: 1.39 (М=8, О=4, L=135), 1.69 (М=17, О=4) и 1.76 (М=19, О=4), связанные с учащениями неожиданных смертей при сердечных заболеваниях [Бреус, 2006; Halberg et al., 2005], которые совпадают с периодами солнечной активности в числах Вольфа: 1.392, 1.699 и 1.757 года [Чиркова, 2005].
Желательно, чтобы исследования влияния естественных геофизических полей на живые организмы стали совместной областью экологической геофизики и биофизики. В частности, это могло бы активизировать работы по поиску биологических предвестников землетрясений и цунами, так как перед разрушением горных пород наблюдаются низкочастотные электромагнитные поля, генерируемые при формировании трещин [Берри, 1981; Малышков Ю.П., Малышков С.Ю., 2009].


Приливные и другие природные и модельные периоды TL (2).
Временной интервал 10–4–104 лет


В табл. 3 показаны периоды резонансных долгот планет СС [Козелов, 1972] и некоторые другие периоды движения небесных тел СС, а также геофизические периоды изменений скоростей вращения Земли [Берри, 1991; Кисилёв, 1980; Сидоренков, 2002], движения ее полюсов [Сидоренков, 2002], сейсмической активности [Берри, 1991, 2006а], сейсмогравитационных (СГ) колебаний [Петрова, 1992] и других природных процессов (ПП). В табл. 3 хорошо представлены ноты 1, 3, 11 и 32, но отсутствуют ноты 4, 18 и 26, a в табл. 2 отсутствуют ноты 9 и 15. Таким образом, в табл. 2 и 3 представлены все 32 ноты природных периодов прогрессии (2).
Орбита Земли находится внутри солнечной короны. Резкие увеличения активности Солнца изменяют знаки ММП, возмущают магнитосферу Земли (табл. 2), влияют на тропосферу [Грейф, Хайдер, 2009] и гидросферу [Олейник, 2008], растительный покров Земли [Отсука и др., 2009; Соломина и др., 2009], поведение физико-химических систем и техносферу [Барановский и др., 2010; Владимирский, Брунс, 2010], физиологические и психофизиологических показатели организма не только больных, но даже молодых и здоровых людей [Григорьев, Кодунов, 2006; Зенченко и др., 2008; Аптикаева и др., 2009], инфрадианные ритмы животных [Мартынюк, Темурьянц, 2009], приводят к увеличению заболеваемости и смертности [Бреус и др., 1995; Чиркова, 2005; Halberg et al., 2005; Аптикаева, Гамбурцев, 2007; Григорьев, 2008а,б; Ожередов, Бреус, 2008; Аптикаева, 2009], ошибкам операторов и сбоям аппаратуры, авиационным происшествиям [Гусев и др., 2005; Конрадов и др., 2005; Зенченко, Мерзлый, 2008; Владимирский, Брунс, 2010], необоснованным политическим решениям, религиозным и военным конфликтам, обострению международных отношений и противостоянию государств [Берри, 1992; Халберг и др., 2009а–в].
Аналогичные результаты наблюдаются при воздействии сейсмогравитационных (СГ) колебаний (см. табл. 3). Земные инерционные и приливные ускорения составляют несколько микрогалов и трудно различимы, что определило название колебаний – сейсмогравитационные. Они имеют планетарный характер и стабильный спектр, но изменчивые во времени амплитуды. Их периоды варьируют от 54 мин до 4.1 ч. Внутри этого интервала расположены частоты приливных колебаний Луны и Солнца. По данным наблюдений за 1968–1978 гг. рассчитаны периоды и амплитуды колебаний, превышающие шум более чем в 2.5 раза. Выявлена достоверная связь внутрисуточных колебаний приливов с почасовой динамикой летальных исходов от заболеваний и количеством рождений при физиологических родах [Петрова, 1992].


стр.34


Таблица 3. Сопоставление членов геометрической прогрессии TL (2), периодов изменений длины суток, сеймической активности, сейсмогравитационных (СГ) и приливных колебаний Земли, а также периодов других природных процессов TПП. Астрономические периоды выделены жирным курсивом

 


M

О

L

ТL

TПП

ΔT %

Природные процессы

1

2

3

4

5

6

7

1

–1

–32

13.66 сут

13.7 сут

–0.2928

Приливы [Максимов, 1970]

1

–1

–32

13.66сут

13.7 сут

–0.2928

Вращение Земли [Сидоренков, 2002]

1

0

0

27.32сут

27.28сут

0.1464

Период солнечных пятен [Carrington, 1863]

1

0

0

27.32сут

27.4 сут

–0.2928

Приливы [Максимов, 1970]

1

0

0

27.32сут

27.4 сут

–0.2928

Вращение Земли [Сидоренков, 2002]

1

4

128

437.1 сут

438.3сут

–0.2745

Период Чандлера [Сидоренков, 2002]

1

6

192

4.79 л.

4.8 л.

–0.2088

Экваториальный  ветер [Сидоренков, 2002]

2

17

544

9803.8 л.

9747 л.

0.5794

Долготный резонанс T8 [Козелов, 1972]

3

–1

–31

13.96 сут

14 сут

–0.2865

Экваториальный ветер [Сидоренков, 2002]

3

–9

–286

1.337 ч

1.333 ч

0.2992

СГ колебания [Петрова, 1992]

3

–8

–254

2.675 ч

2.667 ч

0.2991

СГ колебания Солнца [Петрова, 1992]

3

–2

–62

7.13 сут

7.1 сут

0.4208

Приливы [Максимов, 1970]

3

–2

–62

7.13 сут

7.1 сут

0.4208

Экваториальный ветер [Сидоренков, 2002]

3

4

130

456.5 сут

452.9 сут

0.7886

Движение полюсов [Сидоренков, 2002]

5

9

290

39.99 г

40.0 л.

–0.025

Региональная сейсмичность [Моги, 1988]

6

7

228

10.44 л.

10.4 л.

0.3831

Колебания длины суток [Кисилёв, 1980]

6

2

69

121.8 сут

121 сут

0.6568

Экваториальный ветер [Сидоренков, 2002]

7

8

261

21.34 л.

21.3 л.

0.1874

Колебания длины суток [Кисилёв, 1980]

8

8

262

21.81 л.

22.0 л.

–0.8712

Сейсмичность и температура [Берри, 2006б]

8

–8

–249

2.981 ч

2.983 ч

–0.0671

СГ колебания [Петрова, 1992]

8

–6

–185

11.92 ч

12.0 ч

–0.6711

Экваториальный ветер [Сидоренков, 2002]

8

–5

–153

23.84 ч

24 ч

–0.6711

Экваториальный ветер [Сидоренков, 2002]

9

11

359

178.26 л.

178 л.

0.1459

Период приливных планет [Козелов, 1972]

10

8

264

22.77 л.

23 л.

1.01

Вращение Земли [Берри, 1991]

10

–8

–247

3.112 ч

3.104 ч

0.2571

СГ колебания [Петрова, 1992]

11

9

297

46.54 л.

46.5 л.

0.0859

Колебания  длины суток [Кисилёв, 1980]

11

–8

–246

3.181 ч

3.174 ч

0.2201

СГ, гармоника Луны [Петрова, 1992]

11

6

202

5.94 л

6.0 л.

1.01

Соединение узла с перигеем орбиты Луны [Авсюк, 1996]


11

6

202

5.94 л.

5.9 л.

0.6734

Колебания длины суток [Кисилёв, 1980]

12

10

330

95.12 л.

95.2 л.

–0.0841

Колебания длины суток [Кисилёв, 1980]

12

7

235

12.15 л.

12.2 л.

–0.4115

Колебания длины суток [Кисилёв, 1980]

12

8

267

24.3 л.

24.1 л.

0.823

Колебания длины суток [Кисилёв, 1980]

13

11

363

194.4 л.

196 л.

–0.823

Долготный резонанс T1 [Козелов, 1972]

13

–9

–276

1.661 ч

1.667 ч

–0.3612

СГ колебания [Петрова, 1992]

13

–8

–244

3.321 ч

3.333 ч

–0.3613

СГ колебания [Петрова, 1992]

13

6

204

6.21 л.

6.2 л.

0.161

Колебания длины суток [Кисилёв, 1980]

14

7

236

12.42 л.

12.5 л.

–0.6441

Колебания длины суток [Кисилёв, 1980]

14

–8

–243

3.394 ч

3.417 ч

–0.6777

СГ колебания [Петрова, 1992]

15

–2

–51

9.05 сут

9.1 сут

–0.5525

Приливы [Максимов, 1970]

15

–2

–51

9.05 сут

9.1 сут

–0.5525

Вращение Земли [Сидоренков, 2002]

15

7

238

12.97 л.

13.0 л.

–0.2313

Глобальная сейсмичность [Берри, 2006б]

16

13

430

829.8 л.

833 л.

–0.3856

Долготный резонанс T5 [Козелов, 1972]

16

–8

–241

3.544 ч

3.547 ч

–0.0847

СГ, гармоника Луны [Петрова, 1992]

17

9

303

53 л.

52.6 л.

0.7547

Колебания длины суток [Кисилёв, 1980]

19

–10

–304

0.906 ч

0.9 ч

0.6623

СГ, земной период [Петрова, 1992]

20

13

434

904.9 л.

901 л.

0.431

Долготный резонанс T3 [Козелов, 1972]

20

–8

–237

3.865 ч

3.87 ч

–0.1294

СГ, земной период [Петрова, 1992]

 

стр.35


Окончание табл. 3

 

1

2

3

4

5

6

7

21

5

179

3.61 л.

3.6 л.

0.277

Экваториальный ветер [Сидоренков, 2002]

22

10

340

118.12 л.

117.6 л.

0.4402

Колебания длины суток [Кисилёв, 1980]

22

7

245

15.09 л.

15 л.

0.5964

Вращение Земли [Берри, 1991]

22

9

309

60.35 л.

60 л.

0.58

Вращение Земли [Берри, 1991]

23

12

405

482.83 л.

487 л.

–0.8637

Долготный резонанс T4 [Козелов, 1972]

23

–8

–234

4.125 ч

4.10 ч

0.6061

СГ, земной период [Петрова, 1992]

24

8

278

30.84 л.

31.0 л.

–0.5188

Глобальная сейсмичность [Берри, 2006б]

24

9

311

63.03 л.

63 л.

0.0476

Глобальная сейсмичность [Берри, 2006б]

25

9

311

63.03 л.

63 л.

0.0476

Вращение Земли [Берри, 1991]

25

2

88

183.8 сут

182.6 сут

0.6529

Экваториальный ветер [Сидоренков, 2002]

25

3

120

367.6 сут

365.26сут

0.6366

Время орбитального оборота Земли

27

4

152

735.1 сут

730.5 сут

0.6258

Экваториальный ветер [Сидоренков, 2002]

28

15

506

4304.5 л.

4270 л.

0.8015

Долготный резонанс T7 [Козелов, 1972]

29

9

315

68.73 л.

69.0 л.

–0.3928

Колебания длины суток [Кисилёв, 1980]

30

6

220

8.78 л.

8.85 л.

–0.7973

Оборот перигея Луны [Сидоренков, 2002]

30

–9

–259

2.4 ч

2.4 ч

0

СГ, 1968–1978 гг [Петрова, 1992]

30

2

93

204.8сут

206.0 сут

–0.5859

Колебания орбиты Луна–Земля [Авсюк, 1996]

30

11

381

287.1 л.

288 л.

–0.317

Долготный резонанс T2 [Kозелов, 1972]

30

21

701

293982л.

294000 л.

–0.0061

Изменения климата [Берри, 1993]

31

4

158

837.2 сут

840.1 сут

–0.3464

Экваториальный ветер [Сидоренков, 2002]

32

3

127

427.8 сут

431.0 сут

–0.748

Движение полюсов [Сидоренков, 2002]

32

7

255

18.74 л.

18.61 л.

0.6937

Оборот узлов орбиты Луны[Авсюк, 1996]

32

8

287

37.48 л.

37.2 л.

0.7471

Период биений, формула (7)

 

 

 

 

σn–1= 0.521

 

 

Примечание. Время обозначено: в часах (ч), сутках (сут), годах (л.).
Малые отклонения природных периодов в табл. 3 от членов прогрессии (2) подтверждают ее достоверность и целесообразность использования для классификации стабильных колебаний. В табл. 3 для 70 периодов стандартное отклонение σn–1 = 0.521, а рассчитанный в соответствии с формулой (4) параметр Фишера FСС = (s/sn–1)2 = = (0.629/0.521)2 = 0.396/0.271 = 1.46 > F05 = 1.35 больше табулированного 5%-го значения критерия Фишера F05 для последовательности, имеющей 70 степеней свободы [Урбах, 1963].
Живые организмы реагируют не только на электромагнитные поля [Берри, 1992], но и на слабые колебания гравитационного поля и включают их в циклические процессы жизненной деятельности, в частности, как датчики ориентации и времени. Из спектров гравитационных колебаний выделены периоды, совпадающие с изменениями интенсивности биолокационного эффекта [Петрова, 1992], который иногда используется в геофизике для поисков подземных вод и месторождений руд высокой электропроводности [Непомнящих, 2003; Огильви, 2006].
Периоды, экстремумы которых привязаны к определенному времени суток, найдены в проявлениях различных заболеваний, колебаниях физиологических показателей у здоровых и больных людей, периодов повышенного возникновения травм и автодорожных происшествий. Биоритмы солнечного [Бреус и др., 1995; Чиркова, 2005; Halberg et al., 2005] и лунного [Райбштейн и др., 1992] происхождения сосуществуют в живой природе. У организмов, находящихся в постоянных условиях, всегда хорошо выражены ритмы, соответствующие как солнечным (24 ч), так и лунным (25.83 ч) суткам, сидерическому звездному месяцу (27.32 сут) и синодическому периоду полнолуний (29.53 сут), когда Солнце, Земля и Луна располагаются на одной прямой линии.


стр.36

При вращении Солнца вокруг своей оси с периодом около 28 сут (табл. 2, М=2, O=0) Земля попадает последовательно в четыре сектора разной полярности ММП, которые формируют 6–8-суточные циклы погоды, внутри которых изменения погоды можно просчитать и предсказать. В переходные периоды резко изменяется динамика атмосферы и качество прогнозов ухудшается [Сытинский, 1974], самочувствие у метеозависимых людей тоже ухудшается. Недельная изменчивость возрастает каждые 11 лет во времена перегибов кривых солнечной активности. Неустойчивость атмосферы возникает также при смене полярности ММП [Зенченко и др., 2005].
С недельным периодом на Землю воздействуют и лунно-солнечные приливные силы, которые каждые семь дней то ускоряют, то замедляют скорость ее вращения [Сидоренков, 2002], воздействуя на биосферу, на циркуляцию атмосферы, океанов и подземных вязко-жидких слоев. Эти силы и видимые фазы Луны первично сформировали трудовой недельный цикл [Бреус и др., 1995; Бреус, 2006; Халберг и др., 2009в].
Существуют трудности в разделении воздействий гравитационных (см. табл. 3) и сверхнизкочастотных электромагнитных полей (табл. 2) на биосистемы, операторов, контрольно-измерительную технику и геофизические приборы из-за сходства их спектров [Владимирский, 1992]. Поскольку эти поля не экранируются, в системах аварийного отключения важных объектов и опасных производств, например атомных электростанций, должны использоваться дополнительные (например, механические) предохранители [Берри, 1992].
В 1980-е годы точность определения длительности суток и координат полюса увеличилась на два порядка. Появились возможности изучения колебаний скорости вращения Земли с разрешением до нескольких часов. Установлены взаимосвязи внутрисезонных колебаний скоростей вращения Земли, атмосферных процессов и сейсмичности Гармского полигона с периодами 31–32 сут (нота М=7, октава O=0, ТL= 31.11 сут) и 41 сут (М=20, O=0, ТL= 41.23 сут) [Дещеревская, Сидорин, 2005а]. Помимо многолетних, годовых, межгодовых и сезонных вариаций были обнаружены внутримесячные периоды (табл. 3): 27.3, 13.7 (М=1, O=0, O = –1) и 9.1 суток (М=14, O = –2). По величине амплитуды они лишь немного уступают сезонным колебаниям. Эти же периоды найдены в колебаниях экваториальных моментов импульса атмосферы и экваториального (эк.) ветра (табл. 3): 365.26 (М=25, О=3), 182.6 (М=25, О=2), 121 (М=6, О=2), 14 (М=2, О = –1), 7.1 (М=3,
О = –2), 1 (М=8, О = –5), и 0.5 (М=8, О = –6) суток. Основные периоды колебаний полюса – 1.0 (М=25, О=3) и 1.18 год (М=32, О=3) – удваиваются в периодах изменения ветра экваториальной стратосферы: 2.0 (М=25, О=4) и 2.36 года (М=32, О=4). Мощность двухлетней гармоники в 5 раз ниже квазидвухлетней гармоники с периодом 2.36 года. Имеются и менее мощные периоды (1.0, 1.2, 2.8 и 48 г.) экваториального ветра [Сидоренков, 2002].


Древесные, солнечные, радиоактивные, другие природные и модельные периоды (2). Временной интервал 10–9–103 лет


В табл. 4 приведены результаты гармонического анализа временного ряда данных о средней ширине годового прироста колец 11 секвой с пологих западных склонов Сьерра-Невады [Халберг и др., 2009б]. Уровень значимости включенных в таблицу периодов р < 0.001. Все 17 выделенных периодов от 4 до 186 лет многократно повторялись в 2189-летнем ряду. Большинство периодов прироста деревьев зависят от изменений солнечной активности, два периода совпадают с циклами явления Эль-Ниньо.
Малые отклонения всех природных периодов табл. 4 от членов прогрессии (2), как и ранее, подтверждают ее достоверность и целесообразность использования для классификации стабильных колебаний. Для 41 периода стандартное отклонение σn–1 = 0.510, а рассчитанный в соответствии с формулой (4) параметр Фишера FСС = (s/sn–1)2 = =(0.629/0.510)2 = 0.396/0.226 = 1.523 > F05 = 1.51 больше табулированного 5%-го значения критерия Фишера F05 для соответствующего числа степеней свободы [Урбах, 1963].

стр.37

 

Таблица 4. Сопоставление членов геометрической прогрессии TL (2), периодов изменений годового прироста секвой (показаны курсивом) [Халберг и др., 2009б], чисел Вольфа [Чиркова, 2005], других природных периодов TПП (в годах) и α-активности препарата плутония 239Pu
(в долях секунды) – показаны жирным курсивом [Шноль и др., 1992]

 


М

О

L

ТL, годы

TПП,  годы

ΔT

Природные процессы

1

9

288

38.3

38.3

0

Приросты секвои

6

7

229

10.67

10.6

0.656

Приросты секвои

6

7

229

10.67

10.64

0.2812

Числа Вольфа

7

8

262

21.81

21.8

0.0459

Приросты секвои

7

8

262

21.81

22.0

–0.8712

Глобальная сейсмичность [Берри, 2006б]

10

6

201

5.82

5.79

0.5155

Приросты секвои

10

6

201

5.82

5.83

–0.1718

Числа Вольфа

10

11

361

186.2

186

0.1074

Приросты секвои

13

7

236

12.42

12.3

0.9662

Приросты секвои

13

7

236

12.42

12.44

–0.1610

Числа Вольфа

13

7

236

12.42

12.5

–0.6441

Длина суток [Кисилёв, 1980]

13

9

300

49.66

49.3

0.7249

Приросты секвои

13

9

300

49.66

50.0

–0.6847

Эль-Ниньо [Чиркова, 2005]

13

10

332

99.33

98.3

1.037

Приросты секвои

13

10

332

99.33

99.18

0.1510

Числа Вольфа

15

6

206

6.48

6.51

–0.463

Приросты секвои

15

6

206

6.48

6.511

–0.4784

Числа Вольфа

15

6

206

6.48

6.5

–0.3086

Соединение планет [Сазонов, 1973]

16

7

239

13.25

13.2

0.3774

Приросты секвои

16

7

239

13.25

13.33

–0.6038

Числа Вольфа

19

10

338

113.1

113

0.0884

Приросты секвои

19

10

338

113.1

113.3

–0.1768

Эль-Ниньо [Чиркова, 2005]

20

9

307

57.79

58.1

–0.536

Приросты секвои

20

9

307

57.79

58

–0.3634

СА [Берри и др., 1979]

21

8

276

29.53

29.5

0.1016

Приросты секвои

21

8

276

29.53

29.5

0.1016

Обращения Сатурна (табл. 1)

23

–25

–778

0.1133

0.1127

0.5296

Α-распад 239Pu

24

–25

–777

0.1158

0.1147

0.9499

Α-распад 239Pu

25

–25

–776

0.1183

0.1176

0.5917

Α-распад 239Pu

26

–25

–775

0.1209

0.1207

0.1654

Α-распад 239Pu 

27

–25

–774

0.1235

0.1227

0.6478

Α-распад 239Pu

28

–25

–773

0.1262

0.1263

–0.0792

Α-распад 239Pu

28

5

187

4.3

4.27

0.6977

Приросты секвои

29

–25

–772

0.129

0.1282

0.6201

Α-распад 239Pu

30

–25

–771

0.1318

0.1321

–0.2276

Α-распад 239Pu

30

6

221

8.97

9.02

–0.557

Приросты секвои

30

6

221

8.97

9.0

–0.3344

Числа Вольфа

30

7

253

17.94

17.8

0.7804

Приросты секвои

30

7

253

17.94

17.9

0.2230

Индекс геомагнитного возмущения [Кисилёв, 1980]

30

9

317

71.77

71.8

–0.042

Приросты секвои

30

9

317

71.77

72

–0.3205

Приросты ели [Берри и др., 1979]

 

 

 

 

σn–1=0.510

 

Изучение периодов годового прироста деревьев не представляет особых методических сложностей, и регистрируемые колебания могут быть легко проверены на дополнительных материалах. В более сложных условиях находятся исследователи ритмов животного мира и человека. Здесь трудно набрать статистически значимый материал,

стр.38


так как состояние живых организмов неоднозначно изменяется вместе с изменением внешних условий. Ситуация осложняется тем, что гладкие теоретические формы распределений ошибок измерений наблюдаются не во всех случаях [Шноль, 1985].
Изучение форм распределения измерений одной и той же величины особенно важно для биологических объектов и процессов, где велик разброс получаемых результатов. Но исследования самих закономерностей разброса целесообразно проводить на процессах, не зависящих от условий измерений. Поэтому для изучения форм гистограмм стали использовать процесс радиоактивного распада, на который не влияют внешние условия.
В результате многолетних исследований в ХХ в. было найдено, что независимо от величины ошибок и для любых объектов и процессов существуют корреляции между гистограммами наблюдений, полученными при разном числе измерений. Гистограммы представлены чередованиями дискретных максимумов и минимумов (рис. 1).
Для измерений использовали процесс α-распада препарата плутония 239Pu. Альфа-распад – это свойство тяжелых ядер с массовым числом А>140, которые излучают α-частицы. Альфа-частица состоит из двух протонов и двух нейтронов и является ядром атома гелия (4He). При независимых измерениях разных процессов, проводимых в разных точках земного шара, были получены удивительные гистограммы с одинаковым суточным ходом для разных долгот, которые свидетельствовали о наличии общего внешнего источника, который воздействовал не только на биофизические процессы, но и на характеристики радиоактивного распада [Шноль и др., 1992].
Макрофлуктуации изменяют величины разброса (дисперсий) наблюдений и амплитуды неоднородностей внутри гистограмм, но средняя теоретическая скорость радиоактивного распада, естественно, сохраняется. Наблюдаемые внутрисуточные, суточные и годичные периодичности в изменении форм гистограмм привели исследователей к выводу о космогелиогеофизической обусловленности этих макрофлуктуаций [Шноль и др., 1992]. Подобные колебания внутрисуточных сейсмических шумов были обнаружены при исследованиях на Гармском полигоне [Сидорин, 2004].
Макрофлуктуации связаны также с периодами солнечной активности 11.1 года (М=8, L=231, ТL = 11.14 года), с 27-суточным периодом вращения Солнца (М=1, L=0, ТL = 27.32 сут) и его четырех секторов плазмы разной полярности (М=3, L = –62, ТL = 7.13 сут). Недельные периоды потоков плазмы и ММП и их влияние на атмосферу и биосферу закономерно возрастают и убывают при вариациях уровня солнечной активности в многолетних циклах. Аналогичное увеличение дисперсии макрофлуктуаций обнаружено на ядерном и молекулярном уровне [Удальцова и др., 1987]. Амплитуды макрофлуктуаций уменьшаются в годы стабильного положения земного полюса и повышенных скоростей вращения Земли. В эти же отрезки времени уменьшаются приливные нагрузки на земной эллипсоид [Берри, 1991, 1992].
На рис. 1 видно сохранение формы гистограмм при увеличении количества измерений α-активности препарата плутония 239Pu. Препарат 239Pu неподвижно закреплен на полупроводниковом детекторе α-частиц и соединен с пересчетной схемой и компьютером. При средней активности около 500 имп/мин гистограммы построены с разрядом в 1 имп. При таком масштабе на гистограммах видны обычно нивелируемые экстремумы. При увеличении количества измерений некоторые максимумы не только не сглаживаются, но их относительные амплитуды растут [Шноль и др., 1992]. Расположения пиков гистограмм соответствуют следующим значениям активности: 533, 524, 510, 497, 489, 475, 468, 454 имп/мин.


стр.39

Рис. 1. Гистограммы при увеличении числа измерений α-активности препарата плутония 239Pu. У каждого графика показано общее количество измерений. На горизонтальной оси обозначена активность, на вертикальной – количество измерений, соответствующее данному значению активности. На гистограммах линиями выделены оси синфазности предпочтительных частот α-распада 239Pu в измерениях 23–25 апреля 1987 г., проведенных в г. Пущино [Шноль и др., 1992]

Предпочтительные частоты активности препарата плутония 239Pu (максимумы гистограмм) были пересчитаны в предпочтительные периоды α-распада, которые дискретно изменялись от 0.113 до 0.132 с. Эти значения хорошо совпали с модельными периодами прогрессии (2) (см. табл. 4), т.е. закономерность (2) прослеживается и на процессах атомного распада.
Анализ возможных причин макрофлуктуаций приводит к рассмотрению фундаментальных задач физики. Это естественный путь решения проблемы, который в данном случае связан с поисками целочисленных соизмеримостей в массах, а следовательно, и в периодах колебания микромира. Дискретность пространства микромира приводит к дискретности масс, электрических зарядов и других свойств элементарных частиц [Коломбет, 1992].
Известно, что α-распад является существенно квантовым процессом, поскольку α-частицы испытывают туннельный переход через кулоновый барьер. Вероятность туннельного эффекта зависит от высоты барьера, поэтому период полураспада α-активных ядер экспоненциально растет с уменьшением энергии α-частицы. Начальная кинетическая энергия α-частиц колеблется в диапазоне 1.8–15.0 МэВ. Поэтому устойчивые расположения пиков разных гистограмм (см. рис. 1, табл. 4) соответствуют разным предпочтительным уровням энергии α-частиц и, соответственно, предпочтительным периодам α-распада плутония 239Pu. На рис. 1 наблюдается совмещение колокола статистического разброса измерений, характерного для частиц, с интерференционной картиной квантовых волн.
Все изложенное выше свидетельствует о том, что пики на гистограммах являются и свойством процесса ядерного распада, и результатом внешнего воздействия. Но по-прежнему остаются загадками единое распределение стабильных периодов колебаний макро- и микромира и механизмы взаимодействия этих миров.


стр.40


2. Примеры классификации и идентификации природных периодов


Ниже на примерах стабильных периодов приростов производства в СССР в 1956–1985 гг. и наводнений на р. Нил в 622–1922 гг. будет описан процесс классификации выявленных природных ритмов и идентификации источников их происхождения.
Лунная прогрессия с октавами из 16 нот (3)
После выделения стабильных периодов колебаний из однородного ряда измерений или реконструкции природного процесса их следует сопоставить с менее точной прогрессией природных периодов (3). Обычно это достаточно короткий ряд периодов и точности этих данных не хватает для сопоставления с октавами из 32 нот (2). Наряду с периодами земных процессов в таблицах, как и ранее,  будут показаны космические источники их возникновения. Автор рекомендует исследователям иметь под рукой набор выделенных ранее периодов стабильных колебаний. Каждую октаву удобней представлять на отдельном листе. Пример такого листа для октавы 7 прогрессий (2) и (3) дан в табл. 5.

Таблица 5. Прогрессии ТK (3) и ТL (2) природных периодов с 16 и 32 нотами для октавы 7

 

N

K

M

L

ТK, ТL

ТПП, годы

Природные процессы

1

112

1

224

9.57

9.5

Сток рек [Ковалевский, 1976]

 

 

2

225

9.78

9.7

Уровень океана [Максимов, 1970]

2

113

3

226

10

10

Прирост деревьев [Берри и др., 1979]

 

 

4

227

10.22

10.22

Числа Вольфа [Чиркова, 2005]

3

114

5

228

10.44

10.4

Длина суток [Кисилёв, 1980]

 

 

6

229

10.67

10.64

Числа Вольфа [Чиркова, 2005]

4

115

7

230

10.9

11

Вращение Земли [Берри, 1991]

 

 

8

231

11.14

11.1

Активность Солнца [Рубашев, 1964]

5

116

9

232

11.39

11.4

Атмосфера [Дружинин, 1987]

 

 

10

233

11.63

11.6

Геомагнитный период [Ковалевский, 1976]

6

117

11

234

11.89

11.86

Обращение Юпитера

 

 

12

235

12.15

12.2

Длина суток [Кисилёв, 1980]

7

118

13

236

12.42

12.5

Длина суток [Кисилёв, 1980]

 

 

14

237

12.69

12.6

Индекс К1 [Кисилёв, 1980]

8

119

15

238

12.97

13

Глобальная сейсмичность [Берри, 2006б]

 

 

16

239

13.25

13.33

Числа Вольфа [Чиркова, 2005]

9

120

17

240

13.54

 

 

 

 

18

241

13.84

13.84

Числа Вольфа [Чиркова, 2005]

10

121

19

242

14.14

14

Ледовитость Арктики [Максимов, 1970]

 

 

20

243

14.45

14.38

Числа Вольфа [Чиркова, 2005]

11

122

21

244

14.77

14.63

Числа Вольфа [Чиркова, 2005]

 

 

22

245

15.09

15

Вращение Земли [Берри, 1991]

12

123

23

246

15.42

 

 

 

 

24

247

15.76

15.6

Числа Вольфа [Чиркова, 2005]

13

124

25

248

16.1

16

Сток рек, числа Вольфа [Ковалевский, 1976]

 

 

26

249

16.45

16.52

Числа Вольфа [Чиркова, 2005]

14

125

27

250

16.81

 

 

 

 

28

251

17.18

17

Глобальная сейсмичность [Берри, 2006б]

15

126

29

252

17.56

17.47

Числа Вольфа [Чиркова, 2005]

 

 

30

253

17.94

17.9

Индекс геомагнитного возмущения [Кисилёв, 1980]

16

127

31

254

18.34

18.5

Циркуляция атмосферы [Максимов, 1970]

 

 

32

255

18.74

18.61

Оборот узлов Луны [Авсюк, 1996]

 

стр.41


Экономические периоды в СССР. Временной интервал 1956–1985 гг.


В табл. 6 приведены члены 16-нотной лунной прогрессии ТК (3), которые сопоставлены с экономическими периодами ТЭП изменения прироста производства различных видов продукции. Это результаты спектрального анализа временных рядов абсолютных приростов производства 137 видов продукции за 1956–1985 гг. в натуральном измерении [Ковалёва, 1991]. Периоды выявлены в экономике, которая развивалась в условиях централизованного планирования. Колебания природных условий и биофизических показателей производителей создавали внеплановые периодические изменения эффективности разных производств.
Периоды длительностью 3 года найдены в производствах разных видов продукции 16 раз, 6, 12 и 16 лет – 10 раз, 8 лет и 2.8 года – по 7 раз. Наиболее популярные экономические ноты 1, 6 и 13 повторяются в октавах 5, 6 и 7 (см. табл. 5, 6). Они соотносятся с периодами обращения Луны (1), Юпитера (6) и годового вращения Земли (13) и могут быть получены из этих периодов умножением или делением на два, т.е. являются их гармониками.

Таблица 6. Сопоставление периодов TK (3) и экономических периодов ТЭП производства различных видов продукции в СССР за 1956–1985 гг.

 

N

О

K

TK , годы

TЭП

T%

1

0

0

27.32 сут

Обращение Луны

1

5

80

2.393

2.4

0.272

1

6

96

4.787

4.8

0.272

1

7

112

9.574

9.6

0.272

2

5

81

2.499

2.5

0.021

3

5

82

2.610

2.6

–0.388

5

5

84

2.846

2.8

–1.629

6

5

86

2.972

3

0.929

6

6

101

5.945

6

0.929

6

7

117

11.89

12

0.929

6

7

117

11.86

Обращение Юпитера

8

5

87

3.241

3.2

–1.277

9

5

88

3.385

3.4

0.446

9

6

104

6.770

6.8

0.446

11

5

90

3.691

3.7

0.236

13

3

60

1.000

Вращение Земли

13

5

92

4.025

4

–0.63

13

6

108

8.051

8

–0.63

13

7

124

16.101

16

–0.63

16

4

79

2.292

2.3

0.348

 

 

 

 

sn–1 = 0.7505

Наиболее часто повторяющиеся периоды в 3, 6 и 12 лет (нота 6) являются гармониками орбитального движения Юпитера (см. табл. 6), который формирует моментные и приливные ритмы сейсмической активности, воздействующие на биосферу, поверхность и атмосферу Земли. Это объясняет высокую повторяемость гармоник Юпитера в любых земных процессах, включая экономические.
Обращение Луны (см. табл. 6) через лунно-солнечные приливы, а также изменения солнечной активности при вращении Солнца и движении его пятен с тем же 28-суточным периодом TL (см. табл. 2, М=2, O=0, L=1) оказывают значительные воздействия на био- и техносферу Земли. Кроме того, формируются более длинные циклы


стр.42


сейсмической, солнечной и биологической активности (см. табл. 2 и 3). В результате в экономике наблюдаются периоды длительностью от 2 до 16 лет (см. табл. 6).
Нота 2 в табл. 6 (2.5 года) является гармоникой климатического периода 10 лет, найденного в приростах годовых колец деревьев (см. табл. 5). Нота 3 (2.6 года) связана с периодом изменения скорости вращения Земли (10.4 года), который воздействует на изменения воздушных и океанических течений и может изменять климат, урожайность сельскохозяйственных культур и биопродуктивность морей. Нота 5 (2.8 года) является гармоникой атмосферных процессов с периодом в 11.4 года (см. табл. 4). Нота 8 (3.2 года) связана с гармоникой глобальной сейсмичности (см. табл. 5), которая изменяет условия добычи полезных ископаемых шахтным методом или бурением. Нота 9 октавы 5 (см. табл. 6) совпадает с периодом TL формулы (2) T176=3.38 года, с которым изменяются числа Вольфа [Чиркова, 2005], а нота 9 (см. табл. 6) октавы 6 (6.8 г.) является ее удвоенной гармоникой. Периоды солнечной активности влияют на многие биологические процессы и, естественно, создают колебания прироста производства. Ноты 13 (4, 8 и 16 лет) октав 5, 6 и 7 (см. табл. 6) являются гармониками изменения водности рек и солнечной активности (см. табл. 5, нота 13, период 16 лет), которые также воздействуют на приросты производства различных видов продукции.
При годовом обращении Земли вокруг Солнца меняются времена года. В весеннее время на Земле активизируется все живое и отмечаются рост производства и творческих способностей. Осенью собирают и продают урожай. Зимой жизненные процессы угнетаются. Вращение Земли создает в экономически развитых северных странах наибольшие колебания экологических условий. Так формируется годовой экономический цикл, а также его гармоники 4, 8 и 16 лет. Ограничение экономических периодов 16 годами объясняется коротким интервалом исследования 30 лет (1956–1985 гг.). Этот интервал относится к четвертой длинной волне Кондратьева (К4) в экономике. Детальнее эти волны будут рассмотрены ниже.
Закономерность распределения периодов, согласно (3), существует для приведенных в табл. 6 экономических периодов ТЭП с вероятностью 99 %, поскольку рассчитанный параметр Фишера для 16-нотной октавы [Berry, 1998]:

FЭП = (s/sn–1)2 = (1.25/0.7505)2 = 1.5625/0.5632 = 2.77 > F01 = 2.65

больше табулированного предельного значения критерия Фишера F01 для числа изучаемых экономических периодов (17) [Урбах, 1963].
Стабильные колебания СС, солнечной активности и земных природных условий – сейсмичности, климата, урожайности, рыбных ресурсов океана, поголовья животных и биофизических показателей участников производства – влияют на его эффективность.

Периоды наводнений р. Нил. Временной интервал 622–1922 гг.


Длительные наблюдения за уровнем воды в р. Нил (в 622–1922 гг.) позволили статистически достоверно выделить семь стабильных периодов, показанных в табл. 7 курсивом [Kondrashov et al., 2005]. Существование стабильных периодов 256, 64, 19 и 12 лет авторы связали без конкретизации с астрономическими причинами. Период наводнений 7 лет был соотнесен с изменениями течений в Северной Атлантике, а периоды в 4.2 и 2.2 года были сопоставлены с периодами явления Эль-Ниньо, которое формируется в Тихом океане.


стр.43

 

Таблица 7. Сопоставление периодов TK (3) наводнений на р. Нил, других земных,
планетарных и солнечных процессов

 


М

О

К

ТК, годы

TПП

Природные процессы

1

8

128

19.15

19

Скорость вращения Земли [Берри, 1991]

1

8

128

19.15

19

СА, сток рек Европы [Ковалевский, 1976]

1

8

128

19.15

19

Прирост деревьев [Берри и др., 1979]

1

8

128

19.15

19

Наводнения на р. Нил [Kondrashov et al., 2005]

6

7

117

11.89

11.86

Обращение Юпитера

6

7

117

11.89

12

Прирост деревьев [Berry, 1998]

6

7

117

11.89

12

Сток рек Сибири [Ковалевский, 1976]

6

7

117

11.89

12

Наводнения на р. Нил [Kondrashov et al., 2005]

10

6

105

7.07

7

Скорость вращения Земли [Берри, 1991]

10

6

105

7.07

7

Магнитные бури. Сток рек [Ковалевский, 1976]

10

6

105

7.07

7.0

Tемпературы Европы [Любарский, 1978]

10

6

105

7.07

7

Наводнения на р. Нил [Kondrashov et al., 2005]

13

11

188

257.62

256

СА, запись 14С [Stuiver, Braziunas, 1995]

13

11

188

257.62

256

Наводнения на р. Нил [Kondrashov et al., 2005]

13

9

156

64.41

64

Эль-Ниньо, наводнения на р. Нил [Kondrashov et al., 2005]

14

5

93

4.2

4.16

Числа Вольфа [Чиркова, 2005]

14

5

93

4.2

4.2

Наводнения на р. Нил [Kondrashov et al., 2005]

15

4

78

2.195

2.2

Числа Вольфа [Чиркова, 2005]

15

4

78

2.195

2.2

Наводнения на р. Нил [Kondrashov et al., 2005]

В табл. 7 показано, что все эти колебания климата и стока рек вызваны приливными лунно-солнечными воздействиями и изменениями СА. Последние, в свою очередь, определяются особенностями движения Земли и других планет Солнечной системы (см. табл. 2, 3, 5 и 6). Первичные по отношению к наводнениям периоды выделены жирным курсивом. Периоды стока рек 19 лет (нота 1) Европы и р. Нил вызваны изменениями СА и скорости вращения Земли, на которую влияют лунно-солнечные приливы.
В ноте 13 девятой октавы период 64 года является гармоникой цикла солнечной активности 256 лет. В нотах 1, 6 и 10 из октав 8, 7 и 6 первичные ритмы связаны с периодами изменения скорости вращения Земли (7 и 19 лет) и периодом обращения Юпитера (11.86 года), а также с периодами колебаний магнитных бурь и чисел Вольфа, которыми описывается солнечная активность. Эти же периоды изменения стока рек наблюдаются в Европе и Сибири, а также в изменениях течений в Северной Атлантике. В нотах 13, 14 и 15 преобладают периоды солнечной активности, которые формируют наводнения р. Нил и явление Эль-Ниньо, связанное с экваториальными изменениями давления в атмосфере, ветром и нагонными притоками воды к побережью Южной Америки [Берри и др., 1986].
Закономерность распределения периодов согласно (3) существует для приведенных в табл. 7 семи периодов (Т) наводнений на р. Нил ТНН с вероятностью 95 %, поскольку рассчитанный параметр Фишера для 16-нотной октавы [Berry, 1998]:

FНН = (s/sn–1)2 = (1.25/0.68242)2 = 1.5625/0.4657 = 3.36 > F05 = 3.23

больше табулированного предельного значения критерия Фишера F05 для числа изучаемых периодов наводнений (7) [Урбах, 1963].
Ноты 1, 6 и 13, которые регистрируются в наводнениях и СА (см. табл. 6, 7), также хорошо представлены и в экономических циклах (см. табл. 6). Оказалось, что экономику СССР в 1956–1985 гг. и наводнения на реке Нил в 622–1922 гг. объединяет не только Асуанская плотина, построенная в 1960–1970 гг., но также наводнения европейских и


стр.44


сибирских рек, древние, как мир, колебания природных, антропогенных и социальных процессов со стабильными периодами.
Закономерности распределения периодов согласно (2), (3) и данные табл. 1–7 свидетельствуют о существовании стабильных колебаний и спектрального единства движений основных небесных тел Солнечной системы, сейсмической активности, геофизических, биологических и общественных процессов.


3. Прогнозы глобальной и региональной сейсмичности, связи глобальных температур воздуха и сейсмичности. Прогнозы активизации глобальной сейсмичности

Пять внутривековых периодов глобальной сейсмичности выделены из специально построенного однородного ряда (1897–1985 гг.) землетрясений с М≥7.5 [Берри, 1991, 2006]. Они соответствуют следующим нотам М (табл. 3): 7 (22.0 года), 15 (13.0 лет), 23 (31.0 год), 24 (63.0 года), 28 (17 лет). Близкие или кратные значения периодов от 7 до 63 лет найдены и в колебаниях скорости вращения Земли М (табл. 3): 1 (19 лет), 7 (11 лет), 9 (23 года), 19 (7 лет), 22 (15 и 60 лет), 24 (63 года), 28 (34 года). Модель глобальной сейсмичности, состоящая из суммы этих пяти колебаний, имеет достоверные на 99.9 % коэффициенты корреляции с изменениями скоростей вращения Земли и температур воздуха для ХХ в., а также с концентрацией вулканических аэрозолей для 1600–2000 гг. [Берри, 2006б; Berry, 2006].
Модель глобальной сейсмичности позволила предсказать активизацию сильных землетрясений (М≥7.5) в 2005–2010 гг. [Берри, 1991]. Предсказанная 20 лет назад активизация тектонических процессов началась в ноябре 2004 г. и продолжается в настоящее время [Earthquake Hazards Program, http://earthquake.usgs.gov/eqcenter/eqinthenews/2009/], т.е. долгосрочный прогноз активизации сильных землетрясений полностью оправдался:
2004/11/11 – M=7.5, 12/23 – M=8.1, 12/26 – M=9.1;
2005/03/28 – M=8.6, 06/13 – M=7.8, 09/09 – M=7.6, 09/26 – M=7.5, 10/08 – M=7.6;
2006/01/27 – M=7.6, 04/20 – M=7.6, 05/03 – M=8.0, 07/17 – M=7.7, 11/15 – M=8.3;
2007/01/13 – M=8.1, 01/21 – M=7.5, 04/01 – M=8.1, 08/08 – M=7.5, 08/15 – M=8.0;
2007/09/12 – M=8.5, 09/12 – M=7.9, 09/28 – M=7.5, 11/14 – M=7.7, 12/09 – M=7.8;
2008/05/12 – M=7.9, 07/05 – M=7.7;
2009/01/03 – M=7.7, 03/19 – M=7.6, 07/15 – M=7.8, 09/29 – M=8.1, 09/30 – M=7.5, 10/07 – M=7.8, 10/07 – M=7.7;
2010/02/27 – M=8.8, 04/06 – M=7.8, 06/12 – M=7.5, 07/23 – M=7.6, 10/25 – M=7.7.
Повышения фона глобальной сейсмичности (М≥7.5) будут также наблюдаться в годы следующей холодной фазы 230-летнего периода температур северного полушария (СП): 2035–2150 гг.: 2037–2038, 2061–2062, 2074, 2088 и 2100 гг. [Берри, 2006б; Berry, 2006]. Активизация землетрясений совпадает с уменьшениями скорости вращения Земли (увеличениями длины суток) и кратковременными аномалиями похолоданий СП [Берри, 1991]. Следует упомянуть, что тектонические движения земной коры и связанные с ними электромагнитные помехи [Берри, 1981] влияют на живые организмы и технические системы, аварийность в авиации и при запусках ракет [Ананьин, 2007, 2008].
Вынужденные движения твердого ядра совместно с солнечной активностью управляют геомагнитными (см. табл. 2) и гравитационными (см. табл. 3) колебаниями, циркуляциями вещества в мантии, сейсмической активностью, атмосферными процессами и климатом. Периоды изменения скорости вращения Земли совпадают с


стр.45


гармониками движения небесных тел и коррелируют с физико-химическими процессами в разных оболочках Земли, включая атмосферу, биосферу и литосферу [Берри, 1991, 2006б; Авсюк, 1996; Сидоренков, 2002].


Прогнозы землетрясений зоны Вранча с М≥6.
Связи модельных температур СП и землетрясений (М≥6) в 1400–2000 гг.


Наибольшее влияние на изменение скорости вращения Земли оказывают приливные силы Луны и Солнца. Они приводят к перемещению ее твердого ядра и другим взаимосвязанным периодическим процессам [Авсюк, 1996; Авсюк, Левин, 1999]. Узлы лунной орбиты совершают полный оборот за 18.61 года (см. табл. 3, М = 32, O = 7). Перигей лунной орбиты оборачивается за 8.85 года (табл. 3, М = 30, O = 6). Соединения узла с перигеем при встречном движении происходит каждые 6 лет (табл. 3, М = 11, O = 6):
1/18.61 + 1/8.85 = 1/6.0.                                                      (6)
Если из частоты годового обращения Земли (1/365.26 сут) вычесть частоту соединений узла с перигеем, то получается частота движения полюсов Чандлера [Сидоренков, 2002]:
1/1.0 – 1/6.0 = 1/1.2.                                                             (7)
Эта периодичность (1.2×365.26 = 438.3 сут, табл. 3, М = 1, О = 4) повторения месячного движения в конфигурации Земля – Солнце – барицентр системы Луна – Земля учитывает ориентировку лунной орбиты относительно линии ее узлов [Авсюк, Левин, 1999]. Движение полюсов с периодами Т1 = 1.2 и Т2 = 1.24 г = 452.9 сут (табл. 3, М = 3, О = 4) создают биения [Сидоренков, 2002] с периодом ТD двойного (D) оборота узлов лунной орбиты (табл. 3, М = 32, О = 8):
ТD = Т1×Т2/(Т2–Т1) = 37.2 г.                                                  (8)

Эмпирически найдено [Моги, 1988], что зональные (квазигоризонтальные) и меридиональные (квазивертикальные) напряжения в литосфере формируют мощные землетрясения внутри и вне широтного пояса ±40° с периодичностью около 40 лет (табл. 3, М = 3, О = 9). Эти региональные циклы землетрясений скорее связаны с периодом ТD = 37.2 года (см. табл. 3, М = 32, О = 8). Временные границы тектонической активности внутри широтного пояса (1897–1916 гг., 1934–1951 гг., 1970 г. –.1987 [Моги, 1988]) хорошо совпадают с максимумами (28.5°) лунного склонения (1894–1913, 1931–1950, 1968–1987 и 2006–2024 гг.) и могут быть предсказаны [Берри, 2006б; Berry, 2006]. В настоящее время Земля находится в начале 18.6-летней фазы сейсмической активизации экваториального пояса. Ниже на частном примере рассмотрим сейсмическую активность переходной зоны.
В переходной зоне широт 40–50°, например в тектонической зоне Вранча Карпат (46° с.ш.), формируются напряжения в литосфере, направленные с СЗ на ЮВ и с ЮЗ на СВ [Enescu D., Enescu B.D., 1999]. Здесь могут происходить землетрясения, характерные и для экваториального пояса и для высоких широт. Сильные глубокие землетрясения, происходящие в зоне Вранча, ощущаются на огромной территории Европы и потому представляют большой практический интерес. Так, согласно оценкам, сделанным в работе [Татевосян, 2008], даже в Москве, на расстоянии около 1300 км от эпицентра, землетрясения из зоны Вранча вызывают сейсмические сотрясения интенсивностью I = 4 балла в среднем (период повторяемости) каждые 182 года. Отметим также результаты Н.В. Задониной [2009], которая обнаружила совпадение ритмов активизации сейсмичности Монголо-Байкальского региона и всего мира. Это


стр.46


означает, что активизация сейсмичности конкретного региона может быть следствием общего усиления глобальной сейсмичности. 
Для численного эксперимента были выбраны 46 землетрясений зоны Вранча с М≥6, которые случились в 1400–2000 гг. Землетрясения характеризуются одновременно магнитудой [Kutas et al., 2001] и модельной температурой северного полушария (СП) [Berry, 2006] относительно ее 37-летнего осреднения. Они представлены в системе этих координат на рис. 2.

 

 

Рис. 2. Реконструированные и измеренные магнитуды (1) землетрясений (М≥6) зоны Вранча в 1400–2000 гг. [Kutas et al., 2001] и модель температур (°C) (2) северного полушария (МТ СП), нулевая линия которой соответствует 37-летнему осреднению модели [Берри, 2006б]. Магнитуды землетрясений сопоставляются с модельной температурой года землетрясения. Эти данные будут использованы ниже для поиска корреляций между литосферными и атмосферными процессами

Температура воздуха СП понижается, когда при увеличении длины суток (ДС) чаще возникает меридиональная циркуляция воздуха. Когда сутки укорачиваются, зональная и более редкая меридиональная циркуляция приводят к повышению температуры [Берри, 2006б; Сидоренков, 2002]. В то же время увеличение или уменьшение ДС активизирует или понижает глобальную сейсмичность (ГС). Поскольку и температура СП, и тектоническая активность зависят от ускорений вращения Земли, то можно попытаться найти корреляционные связи между магнитудами (М) землетрясений в репрезентативной области переходной зоны и изменениями модельных температур СП (см. рис. 2), убрав из них предварительно колебания с периодами ≥ 37 лет [Berry, 2006].
В результате были получены два типа линейных корреляционных связей между значениями магнитуд М и МТ СП. Эти связи ассоциируются с квазигоризонтальными широтными, направленными с СЗ на ЮВ (рис. 3), и квазивертикальными меридиональными, направленными с ЮЗ на СВ (рис. 4), компонентами разрушительных напряжений в тектонической зоне Вранча.
Уровни значимости (LS) случайного возникновения каждой из корреляционных связей очень малы: LS<0.01 для связи 1 (рис. 3), LS<0.01 для связи 1 (рис. 4) и LS<0.001 для всех остальных линейных корреляций (рис. 3, 4). Все корреляции с учетом числа степеней свободы отражают закономерные связи анализируемых природных процессов [Berry, 2006]. Периодические уменьшения скоростей вращения Земли приводят одновременно к похолоданию нижних слоев атмосферы СП и к дополнительным литосферным нагрузкам в меридианальном направлении [Berry, 2006].


стр.47

 

 

Рис. 3. Корреляционные связи (1–4) между магнитудами (М) землетрясений зоны Вранча Карпат и повышением модельных температур °C северного полушария (МТ СП) и их коэффициенты корреляции (0.99, 0.974, 0.96, 0.92). Годы событий для соседних корреляций даны разным шрифтом

 

 

Рис. 4. Корреляционные связи (1–6) между магнитудами (М) землетрясений зоны Вранча Карпат и понижением модельных температур °C северного полушария (МТ СП) и их коэффициенты корреляции
(–0.744. –0.971. –0.978. –0.946. –0.964. –0.986). Годы событий для соседних корреляций даны разным шрифтом


стр.48

В первой половине ХХ в. в зоне Вранча регистрируются те же периоды сейсмической активности, связанные с изменением наклона лунной орбиты, что и в экваториальной зоне [Моги, 1988; Enescu D., Enescu B.D., 1999; Kutas et al., 2001; Berry, 2006], но с негативным сдвигом фаз, равным –1, –2 года: 1894–1913 гг. (1893 г., М=6.1; 1894 г., М=6.5; 1908 г., М=6.8; 1912 г., М=6.3), 1931–1950 гг. (1929 г., М=6.6; 1934 г., М=6.9; 1939 г., М=6.1; 1940 г., М=6.2; 1945 г., М=6.5; 1947 г., М=6.1; 1948 г., М=6.0).
В следующем цикле связь с землетрясениями с М≥6 менее четкая: 1968–1987 гг. (1977 г., М=7.2; 1986 г., М=6.9). В новом цикле (2006–2024 гг.) сильных землетрясений пока не зарегистрировано. Их следует прогнозировать на ближайшие годы экстремумов температур северного полушария: 2011/2012, 2016/2017, 2024 гг. (табл. 8).
Высокие значения корреляций между модельными температурами СП [Берри, 2006б] и восстановленными магнитудами землетрясений [Kutas et al., 2001] для интервала 1400–2000 гг. свидетельствуют не только об общих причинах формирования тектонических и атмосферных процессов, но также о высоком качестве независимых сейсмических и модельных температурных реконструкций.

 

Таблица 8. Годы экстремумов модельных температур СП XX и XXI вв.
и активизации опасных явлений [Берри и др., 1986]

 

Годы

tСП, °С

(tСП–tСР)/ σ

Годы

tСП, °С

(tСП–tСР)/ σ

1890

3.25

–1.75

2005

3.76

0.80

1899/1900

3.42

–0.90

2008

3.72

0.60

1908/1909

3.16

–2.20

2011/2012

3.78

0.90

1915

3.54

–0.30

2016/2017

3.60

0.00

1918

3.48

–0.60

2024

3.81

1.05

1923

3.64

0.20

2028/2029

3.73

0.65

1927

3.59

–0.05

2031

3.77

0.85

1935

3.90

1.50

2038

3.32

–1.40

1939

3.81

1.05

2047

3.60

0.00

1941

3.83

1.15

2056

3.33

–1.35

1951

3.42

–0.90

2067

3.91

1.55

1957/1958

3.84

1.20

2072/2073

3.57

–0.15

1966/1967

3.46

–0.70

2075/2076

3.63

0.15

1969/1970

3.51

–0.45

2083/2084

3.42

–0.90

1972

3.48

–0.60

2089

3.55

–0.25

1977/1978

3.80

1.00

2092

3.51

–0.45

1982

3.65

0.25

2094/2095

3.53

–0.35

1985/1986

3.69

0.45

2106

3.13

–2.35

1995

3.34

–1.30

2112

3.43

–0.85

Примечание. tСП – модельные экстремумы температурной кривой СП; tСР =3.60 °С – среднее значение модельных температур СП за 1895–1985 гг.; σ = 0.20 – стандартное отклонение от среднего значения температур СП.

4. Долгосрочные прогнозы быстропротекающих опасных событий


Гармоническая модель температур [Берри и др., 1983] северного полушария впервые позволила объяснить группировку опасных событий разного генезиса во времени и выявить годы (см. табл. 8) с повышенной частотой их возникновения.


стр.49


Экстремумы модельных температур СП и прогнозы опасных событий ХХ и ХХIвв.


Годы опасных событий рассматриваемого периода совпадают с экстремумами кривых модельных температур. Анализ прошлых опасных событий показал, что точность прогноза лет с повышенным числом опасных событий составляет ±1 год [Берри и др., 1986]. Температурная модель получена из временного ряда (1660–1965 гг.) годовых приростов древесных колец, поэтому ее прогнозная часть начинается с 1965 г.
График температур СП отражает колебания солнечной активности и геофизических процессов [Берри, 2006б]. Тенденции к потеплению или похолоданию климата меняются примерно через 2–12 лет (см. рис. 2, табл. 8). При смене тенденций происходят перестройки солнечных и тектонических процессов, атмосферных и океанических течений, которые приводят к повышению частоты возникновения опасных событий природного и антропогенного генезиса, включая техногенные аварии, кризисы и обострения политики противостояния [Берри, 1992].
Горизонт предсказания гармонической модели оценивается примерно в 230 лет по ее максимальному периоду [Берри, 2006б; Berry, 2006]. Частотные характеристики процессов солнечно-земных колебаний остаются теоретически непредсказуемыми и должны рассчитываться эмпирически из временных рядов инструментальных наблюдений или восстановленных данных [Берри и др., 1986]. Расположение экстремумов кривой модельных температур зависит от амплитуд, фаз и периодов всех 12 стабильных колебаний от 7 до 230 лет, составляющих модель процесса, т.е. расположение каждого перегиба на временной оси зависит одновременно от 36 характеристик колебаний и даты (года) каждой из 3–4 точек, формирующих экстремум.
Без знания всей волновой картины и результатов модельных расчетов невозможно предсказать эти годы и понять причины и закономерности распределения опасных событий во времени. Закономерные колебания модельных температур при статистическом анализе не отличаются от нормального распределения, а последовательность опасных лет выглядит как набор случайных чисел. Поэтому климатологи, которые на внутривековых и сверхвековых временных интервалах используют преимущественно теорию вероятности, до сих пор считают все эти процессы случайными и отрицают возможности их прогнозирования.


Экстремумы температур и крупнейшие землетрясения ХХ и ХХI вв.


С учетом упомянутой выше погрешности (±1 год) из 15 крупнейших землетрясений магнитудой 9.5 ≥ М ≥ 8.5 с опасными годами (см. табл. 7) за последние 110 лет совпали 11 землетрясений, или 73 % (табл. 9). Не совпали землетрясения 1906, 1960, 1963 и 1964 гг. [http://earthquake.usgs.gov/regional/world/10_largest_world.php]. Модель температур СП выявляет не все годы глобальной активизации опасных событий, но имеются возможности ее совершенствования за счет уточнения используемых периодов и введения дополнительных гармоник.


Таблица 9. Даты крупнейших землетрясений и годы активизации
опасных явлений из табл. 7

 


Опасные годы

1923

1939

1951

1957

1966

2005

2008

2011

Землетрясения:
годы
месяцы
дни

 

1922/1923 11 /02
11 /03

 

1938 02
01

 

1950/1952 08 /11
15 /04

 

1957 03
9

 

1965 02
04

 

2004/2005 12 /03
26 /28

 

2007 09
12

 

2010 02
27

Магнитуды

8.5 /8.5

8.5

8.6 /9.0

8.6

8.7

9.1 /8.6

8.5

8.8

стр.50


Прогнозы природных, техногенных и политических опасных событий


Приведем некоторые факты увеличения количества опасных событий разного типа, которые произошли в опасные годы (см. табл. 8) до и после представления прогнозной статьи [Берри и др., 1986] в печать 27.06.1985 г. На рис. 5 показан пример прогноза снежных лавин и водоснежных потоков в Хибинах [Берри и др., 1986]. Увеличение частоты возникновения опасных склоновых процессов совпадает с годами экстремумов температурной кривой [Берри, Краснушкина, 1990].
Опасные годы (табл. 8) были сопоставлены также с годами техногенных аварий на атомных электростанциях (АЭС), часть из которых была связана с ошибками операторов (человеческим фактором); максимумами числа испытаний ядерного оружия (ИЯО). Годы относительных максимумов числа ИЯО отражают, скорее, динамику политики противостояния, чем волны циклов технического прогресса в военной области. Эти даты можно также рассматривать как опасные политические события [Берри, 1992].
Относительные максимумы числа ИЯО (показаны в скобках, см. табл. 11) наблюдались в прогнозной части модели после 1965 г.: в 1966 г. (68), 1968 г. (64), 1970 г. (61), 1972 г. (45), 1974 г. (42), 1978 г. (57), 1982 г. (57), 1984 г. (58), 1987 г. (47). С учетом точности прогноза ±1 год с экстремумами температур из табл. 8 не совпал только максимум ИЯО 1974 г. Прогноз следующих максимумов ИЯО был сделан для 1995, 2005, 2008 и 2011 гг. [Берри, 1992]. В 1995 г. проводили испытания Франция (5) и Китай (1). Климатическая модель (см. табл. 8) не позволила предсказать Индо-Пакистанское противостояние 1998 г. и 11 ИЯО, проведенных этими странами.
Затем после периода полного отсутствия ИЯО (1999–2005 гг.) в 2006 и 2009 гг. КНДР провела подземные ядерные взрывы, что, с учетом точности прогнозов, соответствует опасным годам 2005 и 2008 (см. табл. 8) [Берри и др., 1986; Берри, 1992].
В 2008 г. Грузия, поддеживаемая США, напала на Южную Осетию и российских миротворцев, создав серьезную напряженность между Россией и странами Запада

 

 

Рис. 5. Пример прогноза снежных лавин и водоснежных потоков (ВСП) в Хибинах [Берри и др., 1986]. Модельные аномалии температур Северного полушария (1)  представлены в виде модуля отклонений температуры от среднего значения за 1941–1980 гг. Вертикальная шкала приведена над 2005 г., отрицательные аномалии подчеркнуты пунктиром. График изменения количества действующих лавинных очагов (2) и его  продолжение  -  точки (3)  для двух лавиноопасных  лет  (1966, 1976) -  приведены в процентах  (K%) от количества наблюдаеных лавинных очагов. График (4) демонстрирует изменения количества ВСП (K, шт.),  на его вертикальной шкале над 1980 г. нанесены уровни σ и 2σ, изобаженные также непосредственно на графике штриховкой и заливкой, соответственно. Периоды активизации склоновых процессов и их прогнозы показаны на графике  (1)  горизонтальными отрезками (5) на уровне σ и штриховкой на уровне 2 σ температурной шкалы,  σ – стандартное отклонение


стр.51


Что касается аварий на АЭС, то особо следует выделить годы, когда аварии происходили и в СССР, и в США: 1966, 1979, 1982, 1985, 1986 гг. Все эти события возникли в опасные годы (см. табл. 8). Причиной аварий АЭС 1982, 1985 и 1986 гг. в СССР были ошибки персонала. В частности, при взрыве Чернобыльской АЭС операторы заблокировали ее аварийное отключение, нарушили другие правила безопасности и разумной предосторожности. Внешние электромагнитные и гравитационные сигналы (см. табл. 2 и 3) вносят ошибки в электронные системы управления и в деятельность операторов.
Скорости химических и биологических реакций, функционирование нервной системы организма и социальных структур, а также устойчивость работы электронно-вычислительных и измерительных систем зависят от динамики электромагнитных и гравитационных полей Солнечной системы. Поэтому системы аварийного отключения опасных производств должны иметь дополнительные более простые механические и тепловые предохранители, которые невозможно отключить [Берри, 1992].
В 1995 г. (см. табл. 10) на территории России количество опасных гидрометеорологических явлений за период 1991–2000 гг. (рис. 6) превысило их среднее значение на величину 2 σ [Бедрицкий, 2002].
Аналогичная ситуация с природными опасностями возникла в Канаде в 1995 г. Повсеместно наблюдались температурные рекорды, возникали лесные пожары, закрывались школы. Очень много энергии требовалось для работы кондиционеров. В Онтарио 19 июня 1995 г. было побито 18 рекордов, на следующий день в провинции Манитоба было побито 23 рекорда. Температурные расширения рельсов привели к транспортным проблемам в этих провинциях Канады. Температуры в Новой Шотландии соответствовали опасному 1976 г. [Ashton, 1995].
В 2005–2006 гг., по данным МЧС, число чрезвычайных ситуаций в России за 2002–2007 гг. (табл. 10) превысило их среднее значение на величину σ [Данные МЧС за 2002–2007].

 

 

Рис. 6. Опасные гидрометеорологические явления в России в 1991–2000 гг. В 1995 г. количество опасных явлений превысило их среднее значение за 1993–2000 гг. на величину 2σ (см. табл. 8). Месячные данные по опасным явлениям за период 1993–2000 гг. приведены в работе [Бедрицкий, 2002]


стр.52


Таблица 10. Данные МЧС о чрезвычайных ситуациях (ЧС) за 2002–2007 гг.

Годы

Количество
ЧС

Погибло,
чел.

Пострадало,
чел.

Спасено,
чел.

Материальный ущерб

2002

1139

 

 

 

 

2003

838

1161

15631

 

 

2004

1134

2459

23182

6668

 

2005

2720

5637

49455231

7392

 

2006

2847

6043

8150

6668

2347.5 млн руб.

2007

2693

5199

27335

6613

 

1 С учетом энергетического кризиса в мае 2005 г. в Москве и четырех ближайших к столице областях.
В течение 2008 г. по всему земному шару наблюдалось значительное число опасных природных явлений. Например, в Скандинавии случилась наиболее теплая зима за все время инструментальных наблюдений, а в Узбекистане январь был наиболее холодным за последние 40 лет. В эти же годы (2005, 2008 гг., см. табл. 8) опасные погодные события нанесли наиболее значительный ущерб экономике США (см. рис. 7) [NOAA, 2009].

Обсуждение результатов прогнозов опасных событий


Температурные реконструкции и прогнозы климатической модели [Берри и др., 1983] подтверждены результатами многочисленных сопоставлений с независимыми данными разного типа [Берри и др., 1986; Берри, 1987, 1991, 1992, 1993, 2006а,б, 2008; Berry, 1991, 1998, 2006]. Установлены, например, достоверные корреляции между модельными температурами и изменениями глобальной [Берри, 1991, 2006б] и региональной (см. рис. 2–4) [Berry, 2006б] сейсмичности, между экстремумами модельных температур (см. табл. 8) и явлениями Эль-Ниньо, активизацией снежных лавин в Хибинах (см. рис. 5), Шотландии и Норвегии, а также селей Кавказа и Средней Азии [Берри и др., 1986].
Прогнозируемые с 1965 г. и реконструированные модельные перегибы температур (см. табл. 8) совпали с годами крупнейших землетрясений за 1922–2010 гг. (см. табл. 9); с годом наибольшего количества опасных гидрометеорологических явлений в России за 1991–2000 гг. (см. рис. 6); с годами (2005–2006 гг.) повышенного количества чрезвычайных ситуаций в России по данным МЧС за 2002–2007 гг. (см. табл. 10); с 2005 г., когда ущерб от погодных условий в США достиг абсолютного максимума в 175 млрд долл. за 1980–2010 гг. (рис. 7); с 2008 г., когда в США произошло наибольшее количество (9) погодных событий с ущербом более 1 млрд долл., всего в 2008 г. ущерб от экстремальных погодных явлений в США составил около 60 млрд долл.; с 2010 г. (2011±1, табл. 8), когда погодные аномалии нанесли значительный ущерб России и другим странам Европы и Азии.
Модельные прогнозы 1985 г. [Берри и др., 1986] увеличения частоты опасных событий разного генезиса в 1986 (аварии на АЭС СССР и США), 1995, 2005, 2008 и 2010 гг. (погодные опасности), 2005, 2007 и 2010 гг. (крупнейшие землетрясения) полностью подтвердились. Другие модели с подобными прогностическими свойствами, которые бы подтверждали реальный смысл известных народных поговорок «Пришла беда – отворяй ворота!» или английский вариант «Misfortunes never come singly!» и объясняли бы их как сформулированные результаты длительных наблюдений, просто отсутствуют.

стр.53

 

Рис. 7. Опасные погодные события в США, ущерб от каждого из которых составил более 1 млрд долл. На вертикальной шкале справа показан ущерб (в миллиардах долларов): 1 – реальный ущерб на время события, 2 – ущерб, приведенный к ценам 2007 г.; слева – количество опасных событий (3)
http://www.ncdc.noaa.gov/oa/reports/billionz.html
http://www.ncdc.noaa.gov/img/reports/billion/timeseries2009.pdf
Достоверный прогноз опасных лет [Берри и др., 1986], кроме подтверждения правильности климатической модели [Берри и др., 1983], указывает на связь изменений температур воздуха с сейсмической активностью (см. рис. 2–4), активностью склоновых процессов (см. рис. 5), другими опасными гидрометеорологическими событиями см. рис. 6, 7), вариациями электромагнитных и гравитационных полей в околоземном пространстве, которые воздействуют на живые организмы, контрольно-измерительные приборы, экономику и политику [Берри, 1992]. Теперь человечество ожидают опасные 2011±1 годы.
Сейчас мы проходим период аномально теплых температур (2002–2035 гг., см. рис. 5). Это результат сложения теплых фаз климатических колебаний с периодами в 230, 500 и 1000 лет. Подобная климатическая ситуация не наблюдалась примерно 1000 лет [Берри, 2006б]. В настоящее время (2005–2017 гг.) на 12 лет приходится шесть экстремумов модельных температур (см. табл. 8), что определяет высокую вероятность возникновения опасных событий. В эти годы будут чаще регистрироваться абсолютные погодные рекорды, не наблюдавшиеся ранее, поскольку время инструментальных измерений составляет примерно 160 лет.
В начале 2008 г. руководство России было предупреждено о текущем аномальном периоде и о грядущих опасных годах, включая 2008 и 2011±1 год, к которым можно и должно готовиться всей страной [Берри, 2009]. Надеюсь, что после пожаров 2010 г. в европейской части России прогнозы табл. 8 начнут использоваться для заблаговременной подготовки к будущим опасным событиям.

Длинные волны в экономике


Период 2002–2035 гг. является критическим для земной цивилизации, во время которого будут чаще обостряться противостояния разных государств, банков и корпораций. В начале XX в. Н. Кондратьев обнаружил экономические 45–60-летние волны, связанные с развитием производства и рыночной конъюнктуры [Меньшиков, Клименко, 1989] в основном эндогенного происхождения. Их средняя длительность в 52.5 года


стр.54


(см. табл. 3, нота 17  9-й октавы: Т303= 53 г.) соответствует одному из периодов изменения скорости вращения Земли [Кисилёв, 1980]. Внутри длинных волн существуют более короткие периоды, показанные в табл. 6, которые сильнее зависят от внешних периодических воздействий.
Длинные волны разделяют экономические кризисы – нарушения равновесия между спросом и предложением в области товаров и услуг. Кондратьевские циклы (К1÷K5) регистрировались с 1770 г., и их границы показаны с погрешностью 10 лет [Dicken, 2003]: 1770/1780, 1830/1840, 1880/1890, 1930/1940, 1980/1990 гг. Ниже показаны длинные волны с периодом 53 года (Т303). Волна К1 (1770–1823 гг.) была связана с текстильным производством и энергией падающей воды. Волна К2 (1823–1876 гг.) формировалась паровыми машинами, кораблями и железными дорогами. В 1876–1929 гг. (волна К3) развивались электромеханические и химические производства. Волна К4 (1929–1982 гг.) дала миру сборочные заводы, легковые и грузовые автомобили, самолеты, дороги, аэропорты, синтетические материалы. Хотя между авторами, развивающими теорию Н. Кондратьева, существуют значительные расхождения в границах волн, их протяженность оставалась примерно постоянной. Она соответствовала двойному времени работоспособности человека, т.е. внутри цикла приобретенный опыт передавался из поколения в поколение.
Кризис на границе волн К4 и К5 возник в 1980 г. сначала в Европе, затем в 1982 г. перекинулся в США. Он начался в отраслях, производящих предметы личного потребления, позже охватил тяжелую промышленность. При сохранении периода Т303
 кризис информационной волны К5 возник бы в 2035 г. [Берри, 1992], но рождение нового финансового кризиса произошло в США в 2006 г., когда рухнул американский рынок ипотечного кредитования. К 2008 г. кризис распространился на все экономически развитые страны. В конце 2008 г. число безработных в Канаде и США уже соответствовало кризису 1982 г. Волна К5 оказалась вдвое короче всех предыдущих (табл. 11), а волна К6 будет длиться всего 21 год. При такой скорости изменения условий жизни необходимо создать постоянно обновляемые программы обучения работоспособного населения, включающие последние достижения информационной техники.
После кризиса 1982 г. значительно изменилась скорость прохождения экономических волн. Появились персональные компьютеры и Интернет. Обновления связанных с ними услуг по проектированию и производству товаров, а также смены экономических циклов стали проходить вдвое быстрей. Сопоставляя последний кризисный интервал 1982–2008 гг. с перегибами температур, можно с высокой степенью вероятности предположить, что следующий кризис произойдет в 2029±1 г., а восстановление экономики начнется с 2011±1 г. (см. табл. 11). Природные ритмы электромагнитных полей Солнца, лунно-солнечных приливов и вращения Земли через вариации биопродуктивности и активности населения напрямую связаны с экономикой (см. табл. 6).
Н. Кондратьев обнаружил, что время подхода к кризису характеризуется депрессией сельского хозяйства, а выход из него связан с его подъемом. В климатических условиях XIX и XX вв. для северных стран это соответствовало понижению и повышению температур в СП. Волна К4 началась с известного потепления 1927–1935 гг. и закончилась похолоданием 1977–1982 гг. Волна К5 началась с глобального потепления (1982–1986 гг.) и закончилась незначительным похолоданием 2005–2008 гг. (см. табл. 8). Внешние периодические воздействия влияют на общественные и экономические процессы (см. табл. 6), но последние достижения в науке, технике, организации производства, а также глобализация экономических процессов резко сократили длинные волны (см. табл. 11).


стр.55


Таблица 11. Экстремумы кривой модельных температур (годы) и климатические тенденции
согласно табл. 8, экономические фазы США, годы максимумов испытаний ядерного оружия (ИЯО) и количество испытаний (в скобках) [Берри, 1992]

 

Годы
Экономические фазы США
Максимум ИЯО
Климатические
тенденции
Год
Фаза
1982
1982
Острый кризис
1982 (57)

Потепление до 1986 г.

1985
Восстановление
1984(58)
1986
1986
Быстрый подъем
1987 (47)

Похолодание до 1995 г.

1995
1995
Медленный подъем
1995 (6)
1998 (11)
Потепление до 2005 г.
2005
2005
Медленный подъем
2006 (1)
Похолодание до 2008 г.
2008
2008
Острый кризис
2009 (1)
Потепление до 2012 г.
2011/2012
2011±1
Восстановление
2011±1
Похолодание до 2017 г.
2016/2017
2016±1
Быстрый подъем
2016±1
Потепление до 2024 г.
2024
2024±1
Медленный подъем
2024±1
Похолодание до 2029 г.
2028/2029
2028±1
Острый кризис
2028±1
Потепление до 2031 г

Протекающий кризис информационной волны имеет значительную финансовую составляющую. Ведущие биржи и банки превратились в игорные дома и в азартных игроков, забывших о своих основных обязанностях по поддержке производителей и продаже их товаров и знаний. В наш информационный век квалифицированный хакер может ограбить банк на другом континенте, не выходя из дома. Еще большими возможностями обладают руководители глобальных банков и их помощники. Раздавая ипотечные кредиты, спекулируя и управляя курсами биржевых акций, они ограбили весь мир и привели к кризису сначала финансовую (2006 г.), а затем и производственную (2008 г.) систему экономически развитых стран.
Менеджеры, заменившие собственников, разоряют и перепродают с пользой для себя предприятия, приносящие прибыль акционерам. В результате бухгалтерских махинаций руководство корпораций скрывало убытки. Присваиваемые в последние годы управленцами средства возросли многократно. Размеры вознаграждений они определяют себе сами. Эти «бонусы» не поддаются учету из-за «коммерческой тайны». Президент США безуспешно пытается разработать закон о налогообложении этих средств, поскольку разложение «верхов» автоматически приводит любую систему к кризису и разрушению.
Если манипуляции с финансами являются основной причиной кризиса, то его новая волна начнется в первом квартале 2011 г. и в первую очередь от нее пострадает Евросоюз. ФРС США хочет за счет других стран восстановить свою финансовую систему, ликвидировав все узлы неподъемных внешних и внутренних обязательств всех субъектов экономики: потребителей, корпораций, банков, правительства, пенсионного фонда [Муравьев, 2008а]. Эти прогнозы начинают сбываться: с 2010.11.06 в США стали печатать новые 600 млрд долл., подрывая надежность, в первую очередь, евровалюты.
М. Муравьёв предполагает, что стоимость нефти к 2011 г. упадет до $45 и сохранится на этом же уровне (в современных долларах) до 2016/2017 г., что согласуется с нашей моделью (см. табл. 11).Никаких угроз для возникновения финансовых дисбалансов такое падение нефти не несет. То же можно сказать и о бюджете России. Пока экстремальные цены на нефть довлеют над экономикой, нефтяные налоги и сборы несколько заслоняют от налогов реальный сектор. Но как только цены на нефть пойдут вниз, все изменится. В 2011 г. все с удивлением обнаружат, что нефть уже не играет исключительной


стр.56


роли ни в наполняемости бюджета, ни в структуре экономики [Муравьев, 2008б].
Нельзя, к сожалению, блокировать неадекватные действия политиков, менеджеров глобальных банков и корпораций, которые потенциально представляют наибольшую опасность для цивилизации. Понимание объективной опасности нашего времени (2002–2035 гг.) и ответственное отношение к происходящему всех действующих политических и экономических персон позволит сократить возможный ущерб от проходящих перестроек в природе и обществе. Очевидна необходимость создания более устойчивых мировых систем межгосударственной политики, экономики и банков, новых правил взаимодействия, полнее учитывающих интересы разных государств, больших и малых народов.
Годы 2024±1 и 2067±1 (см. табл. 8) будут последними наиболее теплыми годами XXI–XXIII вв. [Berry, 2006] и следующего затем с высокой вероятностью ледникового периода. После 2035 г. начнется тренд похолодания, который продлится до 2300 г. С 2035 по 2150 гг. будет проходить похолодание от 230-летней волны, к которой постепенно будут добавляться похолодания от гармоник с периодами 500 и 1000 лет. Поэтому в ближайшие столетия таких потеплений не будет.
Прогнозируемое к 2300 г. похолодание само по себе представляет серьезную угрозу для северных стран [Берри, 2006б]. Но поскольку мы уже прожили в межледниковом периоде более 10 тыс. лет, то это обычное для голоцена похолодание может перейти в следующую ледниковую эпоху длительностью примерно в 90 тыс. лет с постепенным подключением холодных фаз гармоник с периодами в десятки и сотни тысяч лет [Берри, 1992; Berry, 1998].
Уже сейчас надо исследовать теоретически и экспериментально все геофизические возможности стабилизации существующего теплого климата межледниковья путем уничтожения плавучих льдов Арктики [Берри, 2006а, 2008], а не тратить время и громадные средства на борьбу с техногенным углекислым газом, который практически не влияет на климат [Сорохтин, 2007; Robinson et al., 2007].


Заключение


Периоды стабильных колебаний гелиогеофизических, биологических и других природных процессов формируются внутри СС при взаимодействии гравитационных полей ее небесных тел. Резонансные колебания СС приближенно описываются геометрическими прогрессиями, подобными звуковому ряду дискретных музыкальных инструментов с 32 и 16 нотами в октаве. Периоды гелиогеофизических, антропогенных и общественных процессов часто совпадают друг с другом, так как имеют общее внешнее происхождение. Амплитуды колебаний во внешних и внутренних оболочках Земли зависят от изменений солнечной активности, солнечно-лунных приливных сил, движений внутреннего твердого ядра, скоростей вращения Земли и взаимодействий этих процессов в газообразных, жидких и твердых слоях Земли.
Существование стабильных колебаний в природных процессах позволяет создавать их гармонические модели для долгосрочных и сверхдолгосрочных прогнозов. Сопоставление независимых моделей, их периодов и точек перегибов кривых подтверждает взаимосвязанность процессов и объясняет одновременное повышение частоты возникновения опасных земных событий разного генезиса при перестройках земных и солнечных процессов [Берри, 1991, 2006б; Берри и др., 1983, 1986; Berry, 2006].


стр.57


Благодарности


Автор благодарит М.Л. Владова за обсуждение и редактирование текста, А.Я. Сидорина за советы по улучшению структуры статьи, а также анонимных рецензентов за высказанные замечания, которые помогли сделать изложение более понятным.


Литература


Авсюк Ю.Н. Приливные силы и природные процессы. М.: ОИФЗ РАН, 1996. 186 с.
Авсюк Ю.Н., Багин В.И., Левин Б.В. Исследования по геомагнетизму // Вестн. РФФИ. 1997. № 4. С. 37–43.
Авсюк Ю.Н., Левин Б.В. К вопросу М.В. Ломоносова о перемещениях центра Земли (К 275-летию РАН) // Вестн. РФФИ. 1999. № 2.
Ананьин И.В. Влияние современных тектонических движений земной коры и связанных с ними геофизических полей на аварийность в авиации и при запусках ракет // Геофизические процессы и биосфера. 2007. Т. 6, № 2. С. 35–51.
Ананьин И.В. Оценка ущерба от сильных землетрясений в Европейской части Росcии // Вопросы инженерной сейсмологии. 2008. Т. 35, № 3. С. 39–57.
Андреев Е.М., Гамбурцев А.Г. Динамика демографических показателей в России за последние полвека // Геофизические процессы и биосфера. 2010. Т. 9, № 1. С. 5–18.
Аптикаева О.И. Динамика ритмической структуры рядов инфекционных заболеваний в России и ее возможная корреляция с индексами солнечной активности // Геофизические процессы и биосфера. 2009. Т. 8, № 4. С. 7–22.
Аптикаева О.И., Гамбурцев А.Г. Сопоставление динамики временных рядов числа вызовов скорой помощи и некоторых природных факторов // Геофизические процессы и биосфера. 2007. Т. 6, № 2. С. 5–34.
Аптикаева О.И., Степанова С.И. Суточные ритмы организма человека в условиях 72-часового непрерывного бодрствования // Геофизические процессы и биосфера. 2008. Т. 7, № 3. С. 55–62.
Аптикаева О.И., Шитов А.В. Динамика заболеваемости населения до и после сильных землетрясений и ее связь с другими природными факторами (на примере Чуйского землетрясения 2003 г.) // Геофизические процессы и биосфера. 2009. Т. 8, № 3. С. 46–55.
Аптикаева О.И., Гамбурцев А.Г., Галичий В.А., Степанова С.И. Использование биоритмологического опыта при прогнозировании состояния биологических и геодинамических систем // Геофизические процессы и биосфера. 2008а. Т. 7, № 1. С. 32–52.
Аптикаева О.И., Гамбурцев А.Г., Дмитриева Т.Б., Мартюшов А.Н. Особенности динамики временных рядов числа экстренных госпитализаций психиатрической скорой помощью в Москве и ее возможная связь с внешними воздействиями // Геофизические процессы и биосфера. 2008б. Т. 7, № 4. С. 30–43.
Аптикаева О.И., Гамбурцев А.Г., Степанова С.И. Вариации структуры биоритмов у здоровых людей // Геофизические процессы и биосфера. 2009. Т. 8, № 3. С. 17–25.
Атлас временных вариаций природных процессов. Т. 1. Порядок и хаос в литосфере и других сферах / Под ред. А.В. Николаева, А.Г. Гамбурцева. М.: ОИФЗ РАН, 1994. 176 с.
Атлас временных вариаций природных, антропогенных и социальных процессов. Т. 2. Циклическая динамика в природе и обществе / Сост. С.И. Александров, А.Г. Гамбурцев. М.: Науч. мир, 1998. 432 с.
Атлас временных вариаций природных, антропогенных и социальных процессов. Т. 3. Природные и социальные сферы как части окружающей среды и как объекты воздействий / Сост. А.Г. Гамбурцев, О.В. Олейник, С.И Александров. М.: Янус-К, 2002. 672 с.


стр.58


Атлас временных вариаций природных, антропогенных и социальных процессов. Т. 4. Человек и три окружающие его среды и как объекты воздействий / Сост. А.Г. Гамбурцев, О.И. Аптикаева. М.: Светоч Плюс, 2009. 336 с.
Афанасьев С.Л. Геохронологическая шкала 2005 // Математические методы анализа цикличности в геологии. Т. 13 / Под ред. С.Л. Афанасьева. М.: Воентехиздат, 2006. С. 6–63.
Барановский Э.А., Таращук В.П., Владимирский Б.М. Влияние солнечной активности и геофизической возмущенности на физико-химические процессы в жидкой среде: предварительный анализ показаний штормгласса // Геофизические процессы и биосфера. 2010. Т. 9. С. 19–33.
Барсуков О.М., Два типа 11-летней цикличности сейсмической активности // Изв. АН СССР. Физика Земли. 1986. № 6. С. 76–78.
Барсуков О.М. К вопросу о синхронизации природных явлений // Геофизические процессы и биосфера. 2006. Т. 5, № 2. С. 18–26.
Бахмутов В.Г. Палеовековые магнитные вариации и магнитохронология позднеледниковья – голоцена: Автореф. … д-ра геол.-мин. наук. Киев, 2001. 38 с.
Бедрицкий А.И. Возможности оценки влияния погодно-климатических явлений на экономику и социальную сферу и подходы к учету этого влияния для снижения ущерба // Атлас временных вариаций. Т. 3. Природные и социальные сферы как части окружающей среды и как объекты воздействий / Сост. А.Г. Гамбурцев, О.В. Олейник, С.И. Александров. М.: Янус-К, 2002. С. 110–113.
Бердичевский М.Н. Электрическая разведка методом магнитотеллурического профилирования. М.: Недра, 1968. 200 с.
Берри Б.Л. О спутниковой системе регистрации радиосигналов от динамических процессов в литосфере, у земной поверхности и в атмосфере // Изв. вузов. Геология и разведка. 1981. № 3. С. 108–113.
Берри Б.Л. Закономерности природных ритмов и прогноз климатических изменений // Оценка и долгосрочный прогноз изменения природы гор / Под ред. С.М. Мягкова. М.: Изд-во МГУ, 1987. С. 80–104.
Берри Б.Л. Синхронные процессы в оболочках Земли и их космические причины // Вестн. МГУ. Сер. 5. 1991. № 1. С. 20–27.
Берри Б.Л. Основные системы геосферно-биосферных циклов и прогноз природных условий // Биофизика. 1992. № 37, вып. 3. С. 414–428.
Берри Б.Л. Периодичность геофизических процессов и ее влияние на развитие литосферы // Эволюция геологических процессов в истории Земли / Под ред. Н.П. Лаверова. М.: Наука, 1993. С. 53–62.
Берри Б.Л. Прогноз природных процессов и проблемы стабилизации климата // Математические методы анализа цикличности в геологии. Т. 13 / Под ред. С.Л. Афанасьева. М.: Воентехиниздат, 2006а. С. 158–168.
Берри Б.Л. Спектр Солнечной системы и модели геофизических процессов // Геофизика. 2006б. № 3. С. 64–68.
Берри Б.Л. Управление климатом, его прошлое и будущее // Журн. Холод ОК! М.: ООО «Эпоха», 2008. № 1(6). С. 73–78.
http://www.geoberry.ru/ypravlenie%20klimatom.html; http://www.geoberry.ru/ypravlenie%20klimatom.html.
Берри Б.Л. Прогноз черных полос в жизни природы и общества // The Epoch Times. Украина, 24.11.2009. http://www.epochtimes.com.ua/ru/articles/view/7/16418.html; http://www.epochtimes.com.ua/ru/articles/view/7/16418.html.


стр.59


Берри Б.Л., Краснушкина Е.Р. Методика долгосрочных региональных прогнозов опасных явлений (на примере лавин и селей Центрального Кавказа) // Вестн. МГУ. Сер. 5. 1990. № 4. С. 46–53. 
Берри Б.Л., Либерман А.А., Лукьянова Л.М., Турманина В.И. Выявление с помощью ЭВМ периодов вековых колебаний климата по дендрохронологическим рядам // Ритмы гляциальных процессов / Под ред. Г.К. Тушинского. М.: Изд-во МГУ, 1979. С. 135–148.
Берри Б.Л., Либерман А.А., Шиятов С.Г. Восстановление и прогноз температур северного полушария по колебаниям индексов прироста деревьев на полярной границе леса // Вестн. МГУ. Сер. 5. 1983. № 4. С. 41–47.
Берри Б.Л., Мягков С.М., Фрейдлин В.С. Синхронные изменения активности опасных явлений и их прогноз // Вестн. МГУ. Сер. 5. 1986. № 3 С. 20–27.
Берри Б.Л., Кузнецов О.Л., Баренбаум А.А. Циклы: состояние и проблемы исследования // ВМУ. Сер. География. 1992. № 1. С. 17–25.
Брагинский С.И. Возникновение 65-летнего колебания в земном ядре // Изв. АН СССР. Физика Земли. 1987. № 9. С. 64–67.
Бреус Т.К. Биологические эффекты солнечной активности // Сборник трудов IX международной Байкальской молодежной научной школы по фундаментальной физике «Физические процессы в космосе и околоземной среде» (БШФФ-2006). Иркутск: Ин-т солнеч.-зем. физики СО РАН, 2006. C. 22–27.
Бреус Т.К., Халберг Ф., Корнелиссен Ж. Влияние солнечной активности на физиологические ритмы биологических систем // Биофизика. 1995. № 40, вып. 4. С. 737–748.
Бреус Т.К., Гурфинкель Ю.И., Зенченко Т.А., Ожередов В.А. Сравнительный анализ чувствительности различных показателей сосудистого тонуса к метеорологическим и геомагнитным факторам // Геофизические процессы и биосфера. 2010. Т. 9, № 2. С. 23–36.
Брэгг У. Мир света. Мир звука. М.: Наука, 1967. 335 с.
Владимирский Б.М. Солнечная активность и проблемы точных измерений // Биофизика. 1992. № 37, вып. 3. С. 500–507.
Владимирский Б.М., Брунс А.В. Космическая погода, физико-химические системы и техносфера процессов // Геофизические процессы и биосфера. 2010. Т. 9, № 1. С. 34–62.
Владимирский Б.М., Конрадов А.А. Модуляция высокоэнергетических солнечных нейтрино с периодом 13,76 суток – возможная природа и происхождение // Геофизические процессы и биосфера. 2005. Т. 4, №1/2. С. 112–116.
Владимирский Б.М., Нарманский В.Я., Темурьянц Н.А. Глобальная ритмика Солнечной системы в земной среде обитания // Биофизика. 1995. № 40, вып. 4. С. 749–754.
Гамбурцев А.Г. О необходимости дальнейшего развития и внедрения системного экологического мониторинга // Геофизические процессы и биосфера. 200606. Т. 5, № 2. С. 27–39.
Гамбурцев А.Г. Динамика современных процессов в окружающей человека природной среде // Геофизические процессы и биосфера. 2007. Т. 6, № 1. С. 5–53.
Гамбурцев А.Г. Человек в трех окружающих его средах: некоторые предварительные итоги комплексных исследований // Геофизические процессы и биосфера. 2008. Т. 7, № 1. С. 53–75.
ГамбурцевА.Г., Горбаренко Е.В. Возможные причины увеличения количества вызовов скорой помощи в зимнее время // Геофизические процессы и биосфера. 2009. Т. 8, № 4. С. 23–34.
Геофизические процессы и биосфера. 2009. Т. 8, № 2. 84 с.
Грейф А., Хайдер Ф. Геомагнитная активность и вариации глобальной тропосферной температуры // Геофизические процессы и биосфера. 2009. Т. 8, № 4. С. 35–46.
Григорьев П.Е. Связь психической дезадаптации с гелиогеофизическими факторами // Геофизические процессы и биосфера. 2008а. Т. 7, № 2. С. 67–71.
Григорьев П.Е. Вклад гелиогеофизических факторов в динамику психических состояний // Геофизические процессы и биосфера. 2008б. Т. 7, № 3. С. 63–69.


стр.60


Григорьев П.Е., Кодунов Л.А. Гелиогеофизические факторы зачатия потомства с хромосомными нарушениями // Геофизические процессы и биосфера. 2006. T. 5, № 1. C. 24–28.
Гусев А.Н., Кужевский Б.М., Мерзлый А.М., Нечаев О.Ю., Сигаева Е.А., Шмыгов В.А. Анализ связи нейтронного поля Земли с авиационными событиями // Геофизические процессы и биосфера. 2005. Т. 4, № 1/2. С. 117–120.
Данные МЧС за 2002–2007 гг.:
http://www.mchs.gov.ru/stats/detail.php?ID=2175;
http://www.mchs.gov.ru/stats/detail.php?ID=2175; http://www.mchs.gov.ru/stats/detail.php?ID=2173;
http://www.mchs.gov.ru/stats/detail.php?ID=2172;
http://www.mchs.gov.ru/stats/detail.php?ID=2169.
Дещеревская Е.В., Сидорин А.Я. Внутрисезонные колебания сейсмичности Гармского полигона и их связь с атмосферными процессами // Докл. РАН. 2005а. Т. 401, № 1. С. 80–83.
Дещеревская Е.В., Сидорин А.Я. Суточная периодичность землетрясений Гармского полигона // Докл. РАН. 2005б. Т. 402, № 3. С. 383–387.
Дещеревский А.В., Сидорин А.Я. Спектрально-корреляционный анализ электрической активности рыбы и электротеллурического поля // Геофизические процессы и биосфера. 2002а. Т. 1, № 1. С. 7–13.
Дещеревский А.В., Сидорин А.Я. Исследования корреляции активности слабоэлектрических рыб с метеорологическими и геофизическими процессами // Геофизические процессы и биосфера. 2002б Т. 1, № 2. С. 44–61.
Дещеревский А.В., Сидорин А.Я. Ритмы активности слабоэлектрических рыб // Докл. РАН. 2003. Т. 392, № 6. С. 842–846.
Дещеревский А.В., Сидорин А.Я. Исследования влияния быстрых вариаций метеорологических элементов на слабоэлектрических рыб // Геофизические процессы и биосфера. 2008. Т. 7, № 4. С. 44–47.
Дружинин И.П. Долгосрочный прогноз и информация. Новосибирск.: Наука, 1987. 255 с.
Ермолаев Ю.И., Ермолаев М.Ю. Солнечные и межпланетные источники геомагнитных бурь: аспекты космической погоды // Геофизические процессы и биосфера. 2009. Т. 8, № 1. С. 5–35.
Журавлев В.И., Сидорин А.Я. Общие свойства суточной периодичности землетрясений в нескольких регионах мира // Геофизические исследования. 2005. Вып. 2. С. 61–70.
Журавлев В.И., Сидорин А.Я. Высокодобротные экстремумы в спектрах сейсмичности разных регионов мира // Докл. РАН. 2006. Т. 407, № 2. С. 252–257.
Задонина Н.В. Анализ проявления сейсмичности в Монголо-Байкальском регионе за последние 320 лет // Вопросы инженерной сейсмологии. 2009. Т. 36, № 2. С. 47–56.
Зенченко Т.А., Мерзлый А.М. Cвязь динамики авиационных событий с гелиофизическими процессами // Геофизические процессы и биосфера. 2008. T. 7, № 2. С. 27–38.
Зенченко Т.А., Конрадов А.А., Зенченко К.И. Корреляция динамики амплитуды «эффекта ближней зоны» с параметрами межпланетного магнитного поля // Геофизические процессы и биосфера. 2005. Т. 4, №  1/2. С. 125–132.
Зенченко Т.А., Цандеков П.А., Григорьев П.Е., Мёрзлый А.М., Зенченко К.И., Хорсева Н.И., Григал П.П. Исследование характера связей физиологических и психофизиологических показателей человеческого организма с метеорологическими и геомагнитными факторами // Геофизические процессы и биосфера. 2008. Т. 7, № 3. С. 25–38.
Зенченко Т.А., Рехтина А.Г., Хорсева Н.И., Заславская Р.М., Бреус Т.К. Сравнительный анализ чувствительности различных показателей гемодинамики здоровых людей к действию атмосферных факторов в условиях средних широт // Геофизические процессы и биосфера. 2009. Т. 8, № 4. С. 61–76.
Иванов А.В., Саньков В.А., Смекалин О.П., Чипизубов А.В. Оценка периода повторяемости сильных землетрясений в зонах главного Саянского и Тункинского разломов по данным


стр.61


радиоуглеродного датирования и статистического анализа // Вопросы инженерной сейсмологии. 2009. Т. 36, № 2. С. 70–80.
Иванченко Ю.Г. «Эффект Шноля» – мифы и реальность. SciTecLibrary. 2004.
http://www.sciteclibrary.ru/rus/catalog/pages/6959.html
Информационный сборник № 2 / Межреспубликанская ассоциация исследователей-прогнозис­тов «Прогнозы и циклы». М., 1991. 24 с.
Кайгородов Д.Н. Погода, человек и животные: К вопросу о влиянии погоды на животный организм // Геофизические процессы и биосфера. 2006. Т. 5, № 2. С. 45–60.
Калинин Ю.Д. Вековые геомагнитные вариации. Новосибирск: Наука, 1984. 159 с.
Кисилёв В.М. Неравномерность суточного вращения Земли: Новосибирск: Наука, 1980. 160 с.
Клеймёнова Н.Г., Козырева О.В. Магнитные бури и инфаркты: всегда ли бури опасны? // Геофизические процессы и биосфера. 2008. Т. 7, № 3. С. 5–24.
Ключевский А.В., Ключевская А.А. Эффекты синхронизации и десинхронизации в геологических и биологических системах // Геофизические процессы и биосфера. 2009. Т. 8, № 3. С. 26–45.
Ковалёва Г.Д. Измерение и моделирование циклической динамики экономических процессов на основе спектрального анализа. Новосибирск: ИЭиОПП СО АН СССР, 1991. 150 с.
Ковалевский В.С. Многолетние колебания уровней подземных вод и подземного стока: М.: Наука, 1976. 257 с.
Козелов В.П. О гравитационном влиянии планет на ход активности Солнца // Геофизические исследования в зоне полярных сияний. Апатиты: Поляр. геофиз. ин-т АН СССР, 1972. С. 15–35.
Козырева Л.И., Сидорина Н.А. Влияние динамических процессов в атмосфере на здоровье человека // Геофизические процессы и биосфера. 2008. T. 7, № 3. С. 37–54.
Козырева Л.И., Сидорин А.Я. Итоги издания обновленного варианта журнала «Геофизические процессы и биосфера» в 2008–2009 гг. // Геофизические процессы и биосфера. 2010. T. 9, № 1. С. 74–82.
Коломбет В.А. Макроскопические флуктуации, массы элементарных частиц и дискретное пространство-время. // Биофизика. 1992. № 37, вып. 3. С. 492–499.
Конрадов А.А., Коломийцев О.П., Иванов-Холодный Г.С., Петров В.Г. Особенности статистики авиационных аварий и ее связь с геомагнитной активностью // Геофизические процессы и биосфера. 2005. Т. 4, № 1/2. С. 121–124.
Корнелиссен Г. Достижения Франца Халберга – основоположника хронобиологии и хрономики // Геофизические процессы и биосфера. 2009. Т. 8, № 2. С. 75–84.
Любарский А.Н. Статистический анализ двухсотлетнего ряда температуры воздуха европейского севера // Применение статистических методов в метеорологии. М.: Гидрометиздат, 1978. С. 35–42.
Максимов И.В. Геофизические силы и воды океана: Л.: Гидрометеоиздат, 1970. 447 с.
Малышков Ю.П., Малышков C.Ю. Периодические вариации геофизических полей и сейсмичности, их возможная связь с движением ядра Земли // Геология и геофизика. 2009. Т. 50, № 2. С. 152–172.
Маров М.Я. Планеты Солнечной системы. М.: Наука, 1981. 256 с.
Мартынюк В.С., Темурьянц Н.А. Магнитные поля крайне низкой частоты как фактор модуляции и синхронизации инфрадианных биоритмов у животных // Геофизические процессы и биосфера. 2009. Т. 8, № 1. С. 36–50.
Мартынюк В.С., Владимирский Б.М., Темурьянц Н.А. Биологические ритмы и электромагнитные поля среды обитания // Геофизические процессы и биосфера. 2006. Т. 5, № 1. С. 5–23.
Меньшиков С.М., Клименко Л.А. Длинные волны в экономике. М.: Междунар. отношения, 1989. 267 с.
Моги К. Предсказание землетрясений. М.: Мир, 1988. 382 с.


стр.62


Молчанов А.М. Резонансы в многочастотных колебаниях // Докл. АН СССР. 1966. Т. 168, № 2. С. 284–287.
Монин А.С. Введение в теорию климата. Л.: Гидрометеоиздат, 1982. 247 с.
Муравьев М. Фундаментальные цели США. 2008а.
http://www.avanturist.org/forum/index.php/topic,206.0.html
Муравьев М. Сырьевой миф или да здравствует дешевая нефть! 2008б. http://www.avanturist.org/forum/index.php/topic,206.0.html
Научное наследие Н.Д. Кондратьева и современность: Тезисы докладов на Международной научной конференции, посвященной 100-летию со дня рождения Н.Д. Кондратьева. Ассоциация «Прогнозы и циклы». Секция 6. Природно-экологические циклы и прогнозирование / Под ред. Б.Л. Берри, О.Л. Кузнецова. М., 1992. 54 с.
Непомнящих И.А. Вопросы методики изучения естественных полей Земли с помощью биологических датчиков: перспективы использования при поиске предвестников землетрясений // Геофизические процессы и биосфера. 2003. Т. 2, № 2. С. 41–48.
Огильви А.Н. Методика применения биогеофизического метода при гидрогеологических исследованиях // Биоактивные излучения Земли. От древнего искусства поиска – к современным методам исследования. М.: МНТОРЭС им. А.С. Попова, 2006. С. 60–65.
Ожередов В.А., Бреус Т.К. Новые подходы к статистическому анализу рядов длительных наблюдений гелиогеомагнитной активности и медико-биологических реакций на нее // Геофизические процессы и биосфера. 2008. Т. 7, № 1. С. 7–31.
Олейник О.В. Анализ временных рядов уровня Каспийского моря за последние 100 лет // Геофизические процессы и биосфера. 2008. Т. 7, № 2. С. 5–26.
Отсука К., Корнелиссен Г., Халберг Ф. Хроном климатических изменений ширины древесных колец // Геофизические процессы и биосфера. 2009. Т. 8, № 1. С. 63–72.
Петрова Л.Н. Сейсмогравитационные колебания Земли и возможный механизм их образования // Биофизика. 1992. № 37, вып. 3. С. 508–516.
Райбштейн В.А., Войнов В.И., Кудряшев В.Э., Чепасов В.И. О связи медицинских показателей с колебаниями естественных гравитационных полей // Биофизика. 1992. № 37, вып. 3. С. 524–532.
Рогожин Е.А., Овсюченко А.Н., Парвез И.А. Палеосейсмогеологические исследования в области «сейсмической бреши» на Северо-Западном Кавказе в сравнении с регионом Западных Гималаев // Вопросы инженерной сейсмологии. 2009. Т. 36, № 4. С. 5–12.
Рубашев Б.М. Проблемы солнечной активности. М.; Л.: Наука, 1964. 358 с.
Сазонов Б.И. Основные частоты геофизических процессов // Тр. ГГО. Л., 1973. Вып. 299. С. 25–36.
Семёнов А.С. Электроразведка методом естественного электрического поля. Л.: Недра, 1974. 390 с.
Сидоренков Н.С. Атмосферные процессы и вращение Земли. СПб.: Гидрометеоиздат, 2002. 200 с.
Сидорин А.Я. Влияние Солнца на сейсмичность и сейсмический шум // Сейсмические приборы. 2004. Вып. 40. С. 71–80.
Сидорин А.Я. Полуденный эффект во временных рядах землетрясений и сейсмического шума // Докл. РАН. 2005. Т. 402, № 6. С. 822–827.
Сидорин А.Я. Суточная периодичность сильных землетрясений Гармского полигона // Сейсмические приборы. 2008. Т. 44, № 3. С. 70–76.
Сидорин А.Я. К 90-летию Франца Халберга // Геофизические процессы и биосфера. 2009а. Т. 8, № 2.С. 5.
Сидорин А.Я. Исследования влияния гелиогеофизических процессов на биосферу в работах Франца Халберга // Геофизические процессы и биосфера. 2009б. Т. 8, № 2. С. 6–12.
Сидорин А.Я. О применении метода Рэлея – Шустера в исследованиях периодичности землетрясений // Сейсмические приборы. 2009в. Т. 45, № 3. С. 29–40.


стр.63


Сидорин А.Я. Акрофаза суточной периодичности землетрясений в разных часовых поясах // Геофизические процессы и биосфера. 2009г. Т. 8, № 3. С. 56–66.
Сидорин А.Я. Резкие изменения характера суточной периодичности землетрясений Гармского полигона в моменты равноденствия // Геофизические процессы и биосфера. 2009д. Т. 8, № 3. С. 67–78.
Сидорин А.Я. Суточная периодичность землетрясений Греции // Сейсмические приборы. 2009е. Т. 45, № 3. С. 60–76.
Сидорин А.Я. Суточная периодичность землетрясений и ее сезонные изменения // Сейсмические приборы. 2009ж. Т. 45, № 4. С. 69–84.
Сидорин А.Я. Поиск техногенных эффектов во временных рядах землетрясений Греции // Вопросы инженерной сейсмологии. 2009з. Т. 36, № 4. С. 70–76.
Соломина О.Н., Аптикаева О.И., Шаталин А.Ю. Ритмы природных процессов по результатам вейвлет-анализа годичных колец деревьев на севере европейской части России за последние 300 лет // Геофизические процессы и биосфера. 2009. Т. 8, № 1. С.51–62.
Сорохтин О.Г. Жизнь Земли. М.; Ижевск: НИЦ «Регулярная и хаотическая динамика», Институт компьютерных исследований, 2007. 452 с.
Сытинский А.Д. О механизме влияния солнечной активности на циркуляцию атмосферы Земли // Солнечно-атмосферные связи в теории климата и прогнозах погоды / Под ред. Е.Л. Борисенкова. Л.: Гидрометеоиздат, 1974. С. 281–287.
Татевосян Р.Э. Проблема однородной магнитудной классификации сейсмических событий и оценка периодов повторяемости глубоких карпатских землетрясений // Вопросы инженерной сейсмологии. 2008. Т. 35, № 3. С. 5–13.
Третяк А.Н. Элементы эволюционного ряда магнитного поля Земли // Геофизический журнал. 2000. № 6. С. 50–80.
Удальцова Н.В., Коломбет В.А., Шноль С.Э. Возможная космофизическая обусловленность макроскопических флуктуаций в процессах разной природы. Пущино: ОНТИ НЦБИ АН СССР, 1987. 96 с.
Урбах В.Ю. Математическая статистика для биологов и медиков. M.: Изд-во АН СССР, 1963.322 с.
Халберг Ф., Шварцкопфф О. Использование мониторинга состояния сосудистой системы человека для решения задач физики, универсальной персонализированной и общественной медицинской помощи, учитывающей космическую погоду // НТР (Наука и технологические разработки). 2010. Т. 89, № 1. С. 13–35.
Халберг Ф., Корнелиссен Г., Сотерн Р.Б., Шварцкопфф О. БЕЛ-циклы: ни «Брукнер», ни «Брикнер», а вновь востребованный Брюкнер // История наук о Земле. 2009а. Т. 2, № 1.
С. 65–71.
Халберг Ф., Корнелиссен Г., Сотерн Р.Б., Чаплицкий Е., Шварцкопфф О. 35-летний климатический цикл в гелиогеофизике, психофизиологии, военной политике и экономике // Геофизические процессы и биосфера. 2009б. Т. 8, № 2. С. 13–42.
Халберг Ф., Корнелиссен Г., Бити Л.А., Отсука К., Ватанабе Е., Сотерн Р.Б., Катинас Г.С., Чаплицки Е., Санчез де ла Пена С., Улмер В., Ревилла М., Зееман М., Шварцкопфф О., Сингх Р.Б., Исследовательская группа «Феникс», Рабочая группа проекта БИОКОС.
Успехи хрономики в 2006–2008 гг.  Ч. 1. Согласованность ритмов биосферных и гелиогеофизических процессов // Геофизические процессы и биосфера. 2009в. Т. 8, № 2.
С. 43–74.
Халберг Ф., Корнелиссен Г., Бити Л.А., Отсука К., Ватанабе Е., Сотерн Р.Б., Катинас Г.С., Чаплицки Е., Санчез де ла Пена С., Улмер В., Ревилла М., Зееман М., Шварцкопфф О., Сингх Р.Б., Исследовательская группа «Феникс», Рабочая группа проекта БИОКОС. Успехи хрономики в 2006–2008 гг. Ч. 2. Циркадианные и циркасемисептанные ритмы // Геофизические процессы и биосфера. 2009г. Т. 8, № 4. С. 47–60.
Хлыстов А.И., Долгачёв В.П., Доможилова Л.М. Движения барицентра Солнца и солнечно-земные взаимодействия // Биофизика. 1992. Т. 37, № 3. С. 447–453.
Хмелевской В.К. Основной курс электроразведки. Ч. II. М.: Изд-во МГУ, 1971. 271 с.


стр.64


Циклы природных процессов, опасных явлений и экологическое прогнозирование / АЕН России, Ассоциация «Прогнозы и циклы»; отв. ред. О.Л. Кузнецов, ред.: С.Л. Афанасьев, Б.Л. Берри. М., 1991. Вып. 1. 160 с.; 1992. Вып. 2. 194 с.; 1993. Вып. 3. 164 с.
Чипизубов А.В. Сильные землетрясения Прибайкалья по макросейсмическим данным // Вопросы инженерной сейсмологии. 2009. Т. 36, № 2. С. 31–46.
Чиркова Э.Н. Современная гелиобиология. М.: Гелиос, 2005. 517 с.
Шноль С.Э. Физико-химические факторы биологической эволюции. М.: Наука, 1979. 263 с.
Шноль С.Э. Макрокосмические флуктуации с дискретным распределением амплитуд в процессах различной природы / Под ред. В.П. Скулачева. М.: ВИНИТИ, 1985. 200 c. (Итоги науки и техники.  Молекулярная биология;  Т. 5.  Общие проблемы физико-химической биологии).
Шноль С.Э. Космофизические факторы в случайных процессах. Stockholm: Svenska fysikarkivat, 2009. 388 с.
Шноль С.Э., Удальцова Н.В., Коломбет В.А., Намиот В.А., Бодрова Н.Б. О закономерностях в дискретных распределениях результатов измерений (космофизические аспекты) // Биофизика. 1992. № 37, вып. 3. С. 414–428.
Шноль С.Э., Коломбет В.А., Пожарский Э.В., Зенченко Т.А., Зверева И.М., Конрадов А.А.
О реализации дискретных состояний в ходе флуктуаций макроскопических процессов // Успехи физических наук. 1998. Т. 168, № 10. С. 1129–1140.
Ashton А. Heat wave fries records as it presses east // Global and Mail. June 20. 1995, A6.
Berdichevsky M.N., Dmitriev V.I. Magnetotellurics in the context of the theory of ill-posed problems. Tulsa: SEG, 2002. 150 с.
Berry B.L. Variations and interrelations between helio-geophysical characteristics // Glaciers-Ocean-Atmosphere Interactions / Eds. V.M. Kotlyakov, A. Ushakov, A. Glazovsky. Greate Britain, IAHS Publ. 1991. N 208. P. 385–394.
Berry B.L. Regularities of natural cycles, prediction of climate and surface conditions // Hydrol. Process. 1998. N 12. P. 2267–2278.
Berry B.L. Solar system oscillations and models of natural processes // J. Geodyn. 2006. V. 41, Iss. 1–3. P. 133–139.

Brouwer D., Van Woerkom A.J.J. The secular variations of the orbital elements of the principal planets // Astr. Paper. 1950. V. XIII, pt. II. P.

. 9–32.
Carrington R.C. Observations of the spots on the Sun. London: Williams and Norgate, 1863. 16 p.
Dicken P. Global shift: Reshaping the global economic map in the 21st century. 4th edition. Sage Publications Ltd., 2003. 656 p.
Earthquake Hazards Program. http://earthquake.usgs.gov/eqcenter/eqinthenews/2009/
Enescu D., Enescu B.D. Possible cause-effect relationships between Vrancea (Romania) earthquakes and some global geophysical phenomena // Natural Hazards. 1999. V. 19. P. 233–245.
Halberg F., Cornélissen G., Otsuka K., Fiser B., Mitsutake G., Wendt H.W., Johnson P., Gigolashvili M., Breus T., Sonkowsky R., Chibisov S.M., Katinas G., Siegelova J., Dusek J., Singh R.B., Berri B.L., Schwartzkopff O. Incidence of sudden cardiac death, myocardial infarction and far- and near-transyears // Biomedicine and Pharmacotherapy. 2005. V. 59. S238–S260.
Kondrashov D., Feliks Y., Ghil M. Oscillatory modes of extended Nile River records (A.D. 622–1922) // Geophys. Res. Lett. 2005. V. 32, No. 10. L10702.
Kutas V.V., Rudenskaja I.M., Kalitova I.A. Repetition of the Carpathian earthquakes // Geophys. J. 2001. N 23, Iss. 4. P. 46–54.
Microtonal Music. http://infohost.nmt.edu/~jstarret/microtone.html
NOAA. Billion Dollar U.S. Weather Disasters. 2009.
http://www.ncdc.noaa.gov/oa/reports/billionz.html
http://www.ncdc.noaa.gov/img/reports/billion/timeseries2009.pdf
Robinson A.B., Robinson N.E., Willie S. Environmental effects of increased atmospheric carbon dioxide // Petetion Project. 2007. 12 p. (http://www.petitionproject.org/review_article.php)


стр.65


Сведения об авторе

БЕРРИ Борис Львович – доктор геолого-минералогических наук, старший научный сотрудник, главный исследователь, Permafrost International Inc. Редактор интернет-журнала «Annals of Disasters, Periodicity & Predictions». http://www.netpilot.ca/geocryology/annals/index.html .
915-31 MCEWEN AVE, OTTAWA, ONTARIO, CANADA, K2B 5K6.
E-mail: borisberriАТhotmail.com

 

HELIO-GEOPHYSICAL AND OTHER NATURAL PROCESSES, PERIODS OF THEIR OSCILLATIONS AND PREDICTIONS
Boris L. Berry (Berri)
Permafrost International Inc., Ottawa, Ontario, Canada

Abstract. The periods of stable oscillations of helio-geophysical and other natural processes are generated inside of the solar system (SS) by interactions of gravitational fields of the Sun, planets and their satellites. The resonant periods of the SS are well described by the members of the geometrical progression, which are similar to the sound series of discrete musical instruments with 32 notes in an octave. The comparison of the members of the geometrical progression with the revolving and rotating periods of the planets and the Moon and with revolving periods of the Jupiter’s satellites has shown, that the found out law in distribution of the periods of movements of the SS’s bodies exists with probability of 95 %. The numerous natural periods of the solar  activity, interplanetary magnetic fields, magnetic fields of the Earth, speeds of its rotations and movements of its poles, seismic activity and other terrestrial processes in the range of the periods 10–4–106 years have also coincided with members of this geometrical progression. Helio-geophysical oscillations have the common external origin and their periods often coincide with each other. Amplitudes of oscillations of terrestrial processes depend on oscillations of the solar activity, lunar-solar tidal forces, speeds of rotation of the Earth, and also on interactions of geophysical processes. Existence of the common external periods allows to find the correlations of significant levels between terrestrial processes, which have not cause – effect relationship, for example, between global air temperatures and magnitudes of regional earthquakes at the 600 – years interval. These correlations testify to influence of changes of speeds of rotation of the Earth on tectonic and climatic processes and simultaneously confirm working capacity of the harmonious model of the northern hemisphere temperatures. Parameters of the stable oscillations building harmonious models of global seismicity, temperatures of air and other natural processes, are established from their measured or reconstructed time-series. These models allow to create long-term forecasts of terrestrial and solar processes. The examples of the successful forecasts are given in the article for activization of global seismicity during 2005–2010 and dangerous events of different geneses in 1986, 1995, 2005, 2008 and 2010. The following activization of dangerous events will be happen in 2011/2012, 2016/2017, 2024, 2028/2029. The next economic crisis will come about 2029±1.

Keywords: the solar system, solar and terrestrial processes, forecasts, dangerous events.

стр.66

 
При цитировании документа ссылка на сайт с указанием автора обязательна. Полное заимствование документа является нарушением
российского и международного законодательства и возможно только с согласия автора.